Книга Закусочная «Тыквенный фонарь», страница 102 – Анна Кейв

Ее двоюродная бабушка Милли стояла прямо напротив, в точности такой, какой была запечатлено на старом фото: молодая, смущенная, в том самом платье. Лицо Милли было спокойным, но в глазах читался коварный блеск, который заставлял всех вокруг чувствовать себя неуютно. Будто это была не Милли.

— Николь, милая, – произнесла Милли, и голос ее прозвучал как отголосок далекой грозы. – Они тебя обманывают. Эти твои друзья… Они не понимают, что делают. Ты же знаешь кто я, правда? Я хочу для тебя лучшего.

Николь застыла, не в силах отвести взгляда от духа. Милли сделала шаг вперед, и ее фигура стала более четкой, почти осязаемой. Аманда продолжала читать заклинание, но слова ее звучали все тише, как будто сила, исходящая от духа, заглушала их.

— Миллисент, – прошептала Николь, сжимаясь от страха. – Тебя нет…

— Разве ты действительно в это веришь? – усмехнулась Милли, и ее голос стал сладким, как яд. – Ты можешь прекратить это безумие, Николь. Тебе нужно всего лишь убрать из круга Камень Согласия. Одно движение – и я буду свободна. Ты спасешь меня. И себя. Ты сдержишь слово, данное своей бабушке – моей сестре. Ты дашь свершиться тому, что суждено.

Рука Николь дрожала, когда она потянулась к камню. Слова Милли проникали в ее разум, заполняя его сомнениями и страхами. Глаза Милли были гипнотическими, и Николь, казалось, тонула в их глубине. Но в последний момент она замерла, вспомнив слова Аманды: нельзя разрывать круг.

— Нет… – прошептала Николь, одергивая руку и выпрямляясь. – Ты не настоящая. Это всего лишь иллюзия!

Внезапно воздух сгустился, и фигура Милли исказилась, словно была сделана из дыма. Глаза ее вспыхнули гневом, и подвал наполнился ледяным холодом. Аманда не прекращала читать, и Вильям выкрикнул:

— Николь, держись! Это испытание, не дай духу тебя сломить!

Крис завел шкатулку сильнее, и мелодия зазвучала быстрее, пронзительнее, отсекая шепоты, заполняющие подвал. Звуки заклинания и музыка сплелись воедино, становясь невидимым барьером между ними и миром духов. Милли закричала, искажения на ее лице стали более ужасающими, но Николь уже не слушала ее.

— Я не поддамся! – крикнула она, сжав кулаки так, что ногти вонзились в ладони.

Камень Согласия, казалось, отозвался на ее решимость легким, едва заметным сиянием. Фигура Милли рассеялась, оставив после себя лишь горький запах гнили и отчаяния.

Аманда вздохнула с облегчением, продолжая читать последние строки заклинания. Вильям и Крис обменялись взглядами, и, хотя на их лицах была усталость, они знали – еще немного, и ритуал будет завершен.

Но что-то в глубине подвала шевельнулось, готовое нанести еще один удар.

На мгновение все застыло. Аманда почувствовала, как воздух вокруг уплотнился, давя на грудь и затрудняя дыхание. Легкие будто сковали холодные, невидимые пальцы. Мелодия шкатулки замедлилась, и на секунду показалось, что звук вовсе исчез, как если бы тишина поглотила все живое.

Именно в этот момент из зеркальной поверхности подноса начали проступать смутные тени. Аманда почти выпустила Книгу Теней из рук, когда различила в них лица… знакомые, давно потерянные лица.

Первой возникла ее мама – Сьюзан, такой, какой она запомнилась Аманда в детстве: с добрыми глазами и нежными руками, готовыми обнять в любую минуту. Лицо Сьюзан светилось мягким, золотистым светом, будто она только что вышла из теплого солнечного сада, наполненного ароматом цветов. Но сейчас этот свет казался слишком ярким, почти ослепительным, заставляя Аманду сощуриться.