Книга Барышня из забытой оранжереи, страница 114 – Лилия Орланд

В общем, наши дни были наполнены трудом, а ночи – любовью.

Всё у нас ладилось. Апельсины росли и радовали взгляд и душу, обещая поспеть вовремя. От Азалии приходили тёплые письма. Она уже скучала по дому, по нам с Марком и Графу, но любовь Анри заставляла её мириться с долгой разлукой.

А за неделю до осенней ярмарки я поняла, что наши с Берри ночи тоже принесли плоды.

И растерялась. Нет, я не была против детей. Просто не представляла их в этой картине мира.

Ещё и Марк…

С ним всё было неопределённо. Я не знала, как назвать наши отношения и есть ли между нами отношения вообще. Как называется то, что происходит между нами? Ни один из нас не говорил важных слов, которые могли бы дать чёткое определение.

Мы просто спали вместе, ели вместе, работали тоже вместе. В общем, почти всё время проводили рядом. Мне было хорошо с Берри, тепло и комфортно. Я давно смирилась с тем, что люблю его, но не знала, что чувствует он.

— Что случилось? – спросил Марк за завтраком.

— Всё хорошо, – я даже улыбнулась.

— Тогда почему ты мрачнее тучи и выдавливаешь натужную улыбку?

Кажется, он неплохо меня изучил.

— Переживаю из-за ярмарки, вдруг ничего не выйдет… – я солгала Марку впервые за долгое время.

— Всё будет хорошо, – Берри не поленился, обошёл стол, чтобы обнять меня и легко коснуться губами виска. – Ты мне веришь?

А вот на этот вопрос у меня не было ответа. Точнее был. Я знала, если скажу ему о ребёнке, он предложит мне брак. Уже предлагал. Марк благороден, он не оставит малыша.

Однако мне этого мало. Мне нужен не просто муж, не просто отец моих детей, а тот, кто полюбит меня. Такой, какая я есть. Со всеми моими страхами и заморочками. Тот, кто женится на мне не потому, что я забеременела. А потому, что не представляет без меня жизни.

Неужели я слишком много прошу?

— Верю, – кивнула, радуясь, что он не видит моего лица. Потому что оно отражало целый рой сомнений.

Усадьба Берри активно готовилась к открытию ярмарки. Марк с Демидом ездили в Апельсиновую долину и выбрали место, где расположимся мы. Берри звал меня с собой, я прямо чувствовала, как ему не хочется расставаться, но, к счастью, в последний момент прибежал Михай с выпученными глазами.

Он срочно требовал меня в шестую оранжерею, где появилась белокрылка. Мелкая бабочка с белыми, будто покрытыми мукой крылышками. Совсем не серьёзная на вид, однако её личинки способны сожрать целую плантацию цитрусовых.

Нет, конечно, нашествие белокрылки совсем не к счастью, но это позволило мне остаться в усадьбе, не солгав Марку. Я хотела побыть одна, без его присутствия. Чтобы подумать и решить, как быть дальше.

К тому же весть о белокрылке оказалась ошибочной. Михай принял за куколку прилипший комок грязи внизу листа. Всеобщее облегчение было столь явным и ощутимым, что сам подросток смеялся над своей ошибкой вместе с остальными, ничуть не обижаясь на подначивания.

А я вернулась в свою комнату, легла на кровать и долго думала, глядя в потолок, пока сон не сморил меня. Проснулась от щекотки. Что-то пушистое попало в нос, заставив чихнуть.

Я открыла глаза. Прямо на меня обиженно смотрела кошачья морда.

— Прости, Принцесса, – я протянула ладонь, чтобы погладить пушистую шёрстку. Точнее собралась протянуть, однако она оказалась прижата ещё одним пушистым.