Книга Барышня из забытой оранжереи, страница 112 – Лилия Орланд

— Как его назовём? – спросила я. – Может, Герцог? Граф у нас уже есть.

— Отличная идея, – согласился Марк.

Так мы втроём стали приёмными родителями маленького Герцога. Больше всего времени с малышом проводил Граф. Он снова ожил, перестал тосковать по Азалии. Эту парочка большую часть дня проводила в саду, возвращаясь домой, только чтобы перекусить. И спали они неизменно на моей кровати. Светлое пятнышко внутри большого чёрного клубка.

Марк сказал, что это теперь их кровать, и мне придётся спать у него.

Я была абсолютно счастлива. Пример Азалии помог не зацикливаться на том, что будет, и радоваться тому, что есть сейчас.

Апельсины росли. Я ежедневно наблюдала, как изменяется форма, как цвет становится ярче, насыщеннее. Казалось, прежде я никогда не видела столько зелёного. Они будто вбирали в себя весь свет этого лета.

Затем среди ноздреватой зелени начали появляться тонкие золотистые прожилки. Кожура становилась менее плотной. Верхняя часть, обращённая к солнцу, начала желтеть.

Это было похоже на чудо.

И это чудо создала я. Ну и Марк мне немножко помогал.

Первый урожай был не столь обильным, как казалось. Он почти полностью ушёл на косточки для будущих саженцев. Ну и заодно сделал меню всех обитателей усадьбы насыщенно апельсиновым. Пирожки и пироги, каши, соусы, конфитюры – всё имело яркий цитрусовый вкус.

Аромат витал в воздухе, создавая по-настоящему праздничное настроение.

Во второй раз выращивание рассады шло легче. Я знала, что делать, и была уверена в себе. К тому же невероятная магия любви продолжала помогать, активно стимулируя рост саженцев.

Как-то утром Марк высказал осторожную надежду, что апельсины могут поспеть к осенней ярмарке. Я задумалась. До неё оставалось полтора месяца. Вряд ли второй урожай появится так быстро.

Однако у нас оставалось немного от первого. Демид на днях поедет в город, чтобы предложить эти апельсины владельцам ресторанов и кафе. Но после слов Марка я задумалась.

— Может, придержать остатки до ярмарки? – спросила у него.

— Лучше предложить их ресторанам, как собирались, – ответил Берри и пояснил: – Валентин говорил, что апельсины лучше всего хранить на дереве, если сорвал – торопись съесть, долго лежать они не будут.

— Это не очень хорошая новость, – вздохнула я.

В записях Валентина ничего подобного не встречалось, хотя я прочла их уже несколько раз. Видимо, он спешил фиксировать только процесс выращивания фруктов, а с поеданием его последователи должны разобраться самостоятельно.

— Напротив, – возразил Марк.

В последнее время мы так редко расходились во мнениях, что я слегка опешила и подняла на него удивлённый взгляд.

— Если блюда из наших апельсинов появятся в кафе и ресторанах, это сделает нам хорошую рекламу. И на ярмарке люди будут сами искать нас.

— Ты прав, Марк, – я улыбнулась. – Демид поедет к владельцам ресторанов, как мы решили изначально.

Прекратив спорить и противостоять друг другу, мы стали отличной командой. Много разговаривали, всё обсуждали и принимали обдуманные решения.

Да и скрывать наши отношения мы практически перестали. Нет, конечно, ничего такого на людях мы себе не позволяли. Однако холодность и чопорность совсем ушли. Мы легко могли забыться и невзначай коснуться друг друга или, взявшись за руки, идти домой после долгого дня в оранжереях.