Книга Дневник Дерека Драммона. История моей проклятой жизни, страница 198 – Кейтлин Эмилия Новак

Меня, кстати, от них она тоже скрывала. Думаю, не рассказала бы и теперь, если бы одна из ее подруг вдруг не решила выйти замуж и по старой доброй традиции не позвала Мэган на свадьбу в качестве подружки невесты. А та, в свою очередь, наконец-то призналась, что придет не одна. Та-дам!

Мэган отправилась днем в церковь на торжественную церемонию, а потом – в Кент, где проходило собственно празднование. Всего час езды от Лондона, но по ее наряду и макияжу можно было подумать, что она отправляется в Венецию на карнавал. Я, естественно, присоединился к гостям уже после захода солнца – как ты понимаешь, дневник, ровно в тот момент, когда веселье достигло нужной кондиции: алкоголь возымел свое действие, галстуки были ослаблены, а туфли сброшены под столы ради безудержных танцев. Я появился как ворон среди голубей – не по форме, а по эффекту. Потому что едва ступил на территорию праздника, как почувствовал себя не то что гостем, а главным экспонатом в галерее современного искусства. Внимание, ранее принадлежавшее новобрачным, резко сменило фокус – все взгляды обратились ко мне. Подружки Мэган вились рядом, как пчелы вокруг меда, наперебой задавая вопросы:

— Мэган, ну почему ты скрывала такого красавчика?

— Господи, ты только посмотри на него!

— Где ты его вообще отхватила?!

— Почему мы раньше о нем не знали?!

Я стоял среди них, как поп-звезда среди поклонниц. Ни одного имени, честно сказать, не запомнил. Все слилось в единый водоворот голосов, ароматов духов и сверкающих глаз. Единственное, что зацепилось в памяти, – имя Дорис. Кажется, это была невеста, виновница торжества. Короче говоря, судя по реакции всех присутствовавших, главным сюрпризом вечера стал вовсе не свадебный торт, а я.

Наблюдать, как женщины окружили меня, стреляя вопросами со всех сторон, было отдельным развлечением. Но интереснее всего было следить за реакцией Мэган. Мне кажется, именно в тот момент до нее наконец-то дошло, какой эффект я произвожу на представительниц ее пола. Видимо, только увидев собственными глазами, как весь женский состав торжества превратился в круг восторженных поклонниц, она впервые по-настоящему осознала масштаб явления.

Обычно, когда мы выходим куда-нибудь вместе, она смотрит либо на меня, либо в пространство – с изяществом королевы, не снисходящей до мелочей. Она никогда не обращала внимания ни на украдкой оборачивающихся дам, ни на затянувшиеся взгляды – все это проходило мимо нее. Но тут, среди своих подруг, игнорировать это было уже невозможно. И знаешь, дневник, за что я в числе прочего ее люблю? За то, что она не устроила сцену ревности, не подошла в лучших традициях латиноамериканских сериалов, чтобы разогнать толпу конкуренток. Она лишь вскинула брови в изумлении, а затем – как же это в ее духе – усмехнулась и закатила глаза в стиле «о, лорд Драммон, ты, как всегда, бесподобен».

Неважно, как смотрят на меня другие. Конечно, это льстит самолюбию, не буду врать, но теперь не имеет ни малейшего значения. Потому что когда мужчина по-настоящему любит, его взгляд устремлен лишь к одной женщине. Даже если вокруг него будет тысяча барышень с титулом «Мисс Вселенная» или красоток с обложек глянцевых журналов, он все равно будет видеть только ее. Мэган это знает.