Книга Плохиш для хорошей девочки, страница 129 – Алиса Селезнёва

— У тебя уютно.

Агата не лгала. Она соскучилась по простому домашнему уюту. После ухода Али в квартире Наумовых им больше даже не пахло. Было комфортно, дорого, ярко и бездушно. Новая домработница Юля убирала на совесть, но от её стараний веяло какой-то казёнщиной. Наверное, потому что Юля приходила в дом Наумовых на работу, а Аля когда-то заботилась об Агате и Анне Георгиевне, как о родных.

— Можно?

— Можно.

Агата подошла к дивану. Тот был коричневым с маленькими жёлтыми вкраплениями, а на его спинке сидел белый мышонок с ярко-красным сердцем.

— Это тот самый, да?

Аля кивнула. Агата взяла мышонка в руки и, сев на диван, зарылась в него носом. Белый плюш отдавал слабым запахом стирального порошка.

— Он был грязный. Мне пришлось его помыть.

— А больше ничего не сохранилось?

— Больше ничего. К сожалению… Музыкальная шкатулка и духи разбились, а браслет я не нашла. Он или упал глубоко в снег или попал в руки кому-то другому.

— Ничего. Мышонка вполне достаточно. – Минуту или две Агата молчала, тёрла пальцы и смотрела по сторонам. Она вспоминала, как выбрасывала подарки Данила в окно. Аля, опустившись на диван рядом, не торопила её, и, в конце концов, Агата нашла в себе силы признаться: – Знаешь, сегодня я чуть было не переспала с Никитой.

— С бывшим партнёром по танцам?

— Ага…

— И как же тебя угораздило?

— Хотела доказать маме, что больше не думаю о Даниле.

— Доказала?

— Создала видимость. Но на самом деле каждый день его вспоминала. В октябре две тысячи двадцатого он ушёл в армию, и я боялась, что там он заразится ковидом. Если в городе люди пачками попадали в больницы, представляешь, что было там?

Аля ничего не сказала, но слегка качнула головой в знак согласия. Агата продолжила и выложила всё, что случилось с ней за последние два года:

— Данил хотел, чтобы я ждала его из армии. Говорил, что за год многое может поменяться, а я разозлилась и сказала, чтобы его ждала Лера. И он пообещал, что так и сделает. А потом мы расстались. Окончательно. Он пошёл в одну сторону. Я – в другую. Специально. И ни разу не оглянулась, потому что боялась увидеть, как он её обнимает. А Лера его не дождалась. Через десять месяцев я встретила её в парке с другим парнем.

Аля вздохнула и снова покачала головой.

— Да никакую Леру он себя ждать не оставлял. Она у него в печёнках сидела. Да и не стала бы Лера его ждать. И Даня, я думаю, это понимал, а тебе про неё сказал или от злости, или от бессилия.

Агата опустила взгляд и посмотрела на серую ковровую дорожку, лежащую у кровати.

— Ты даже не представляешь, как я её ненавижу. Каждый день проклинаю. Каждый день желаю ей смерти. Иногда, когда домашки задают не слишком много, дважды в день. Утром и вечером.

Аля встала с дивана и подошла к окну. Агата ждала, что она начнёт говорить о прощении. Может быть, даже вспомнит Достоевского, но Аля  отчего-то произнесла совсем другое:

— Почему не представляю? Очень даже представляю. И понимаю. Я когда-то так же ненавидела. И тоже желала смерти. Изо дня в день.

От такого заявления Агата разинула рот.

— Мне и маме.

Аля засмеялась. Её смех показался Агате нервным.

— Нет. Женщине, которая разрушила мою жизнь.

— Твой муж тоже изменял тебе?

— Мой муж мне ни с кем не изменял.

Теперь Агата тоже встала. После двух лет разлуки ей хотелось быть к Але как можно ближе.