Книга А он был женат, страница 69 – Саша Киндер

— В любом случае папа всё замял, — женщина решила сбегать до коридора, — эй, вы, врачи! Сюда идите, сейчас же! Тут первостепенный пациент для лечения! Шевелитесь так что!

Что-то говорить ей или спорить совсем не хотелось — нога и в самом деле ныла и гасила любые другие мысли болью. Надо же, как резко прошло это самое позёрство, когда тебя силой возвращают с небес на землю. Умирать оказалось страшнее, чем хвастаться тем, что не боишься смерти.

— Пойду наору на них и притащу сюда сама! — рявкнула Анджелка, зачем-то закрыв за собой дверь и сбежав от резко понявшего, что ему делать, меня.

Да, Ирочка заблокировала возможность звонить ей с любого незнакомого номера. Но есть звонки в мессенджерах, а её профиль был мне доступен — она не стала блокировать меня везде. Поэтому набор номера, гудки, естественно принявшая звонок, не глядя на экран, Ира и её заставивший всё внутри замереть голос:

— Я на УЗИ только пошла, говорила же, что сегодня полный скрининг. Что-то срочное?

Ухмылка и слова про то, что я едва выжил, застряли в горле. Даже боль ушла на задний план.

* * *

Три месяца после расставания — Ира

Я открыла окно и вдохнула осенний воздух полной грудью — сегодня было тепло и дождливо, отчего хотелось сидеть перед картиной с отсыревшими домиками и вязать целый день напролёт. У меня появилось успокаивающее хобби, да. Все вечера я крутила спицами под сериалы, выплакивала то, что копилось во мне чувствами, и не думала о чём-то, что могло снова уронить меня в депрессию. Я выбрала игрушки и детскую одежду — такие вязаные милые атрибуты продавались вполне себе не плохо, а если и оставались никому не нужными, то либо складировались в ряд на холодильнике с зароком на будущие игры малыша, либо отвозились моими родителями в центры помощи. Последние приезжали раз в неделю, привозили мне вкусной еды, гладили по голове и немного ворчали, что я похудела, и живот не вырос совсем.

С ними же мы и договорились съездить поставить меня на учет по беременности. Однако случилось непредвиденное — машина у папы сломалась ещё вчера вечером, поэтому в ускоренном ритме мне было предложено несколько вариантов — ждать маму на автобусе, ехать одной или… да, не спросив меня, вызвать Богдана. Тот примчал вчера в одиннадцать. Узнав, что я беременна, высказал мне насколько я дрянь и прости-женщина, а после умчал с воплями о том, как разочарован во мне. Вот так я и дошла до того факта, что собираться нужно заранее, а ехать одной не так уж и плохо.

С другой стороны, было бы правильно ехать на подобные обследования с отцом ребёнка, но мы имели, что имели. Я должна признать себя матерью-одиночкой, а значит и справляться стоило бы научиться без чьей-либо помощи. «Как правильно» здесь гасилось фразой «Как вышло», из-за чего многое, что я хотела бы дать уже всё чувствующему малышу, становилось несбыточным. Никакой полной семьи, никакого отца и никакой стабильности. Я физически не смогла бы дать ему то, что было бы у него при наличии второго родителя. А виной тому я сама — не увидела, не поняла, не узнала, доверилась. Будто бы от факта, что меня обманули, жизнь малыша хоть как-то улучшилась. Нет, мне нужно действовать, и с этим ничего уже не поделаешь.

— Мама сказала, что тебе к десяти утра, — Богдан без предисловий открыл дверь в мою комнату, — поехали, я с работы уехал ненадолго.