Онлайн книга «А он был женат»
|
— О, можно мне последний звонок? — оскалился я, — я кое-кому отзвонюсь, что меня прибили, пусть сейчас уже слёзы льёт. Мне хоть приятно будет. — Бумаги, гадёныш! — мужик затряс пушкой, — сейчас же! Это мы в моем кабинете находились, поэтому мне уютно и комфортно. Все девчонки работницы плачут на полу в главном зале, а я — сиди тут, лыбься за них. Вот не ценят они смерть, дурынды. Ирочка бы оценила, не зря мои сообщения игнорирует, лишь один раз на прошлой неделе послала на три буквы. Гордая. — Нету бумаг, — облокотился на спинку кресла, — я их уже переслал в головной офис, а оригиналы — через шредер. Я же не тупой. Тут я вспомнил, что кофе мне принесли за минуту до этого вероломного захвата. Хоть автомат бы взял, как остальные в масках, нет — припёрся с пистолетом, да ещё и трясет им. — Где почта, с которой посылал?! Пароль от неё! Ну, лять, ты не беси меня, я же… — продолжил бандит. Или тоже мошенник? Все мы в этой лодке, я раньше просто мошенничал, а тут жизнь вон как повернулась. Кабинет себе выделил! С креслом кожаным, ручками позолоченными и столом, как у Кривуна. Только с бардаком, я ведь образ жизни особо не менял. И с баром — красивым таким, за портретом Ирочки в венецианском платье. Всем, кто приходит, говорю, что королева Английская пятнадцатого века. Вон как смотрит высокомерно, жаль реальная Ира так не делала. Я бы, может, боялся раз в пять сильнее. Хотя между встречей с её гневом и ситуацией сейчас я всё же выберу её, она пристрелить меня пока не обещала. — Ты бы хоть ногу мне прострелил для испугу, — предложил я, — динамичнее стало бы. Захватывающе, что ли. Никто нас отсюда не спасет. Полиция в оцеплении держит здание, Кривун где-то в Анапе седеет, Анджелка ссытся у себя в машине. Красота! Ирочка не знает. Вот и не зачем ей знать, пусть спит крепче. — Не надо мне говорить, что мне делать! Деньги где?! — налётчик задал роковой вопрос. Наверное, я не понимал реальности происходящего. Вот у меня автоматика и сработала: — В пи… де. И он прострелил мне ногу. Какое-то обыденное описание, соглашусь. Просто, когда ты с ленивого безразличия переходишь на мат и какие-никакие ощущения, тут и жизнь становится нужной, и мир ярким и пылающим, и дяденька с пистолетиком превращается в страшного и жуткого головореза. Боль пронзила бедро так отчаянно, что мне захотелось… улыбнуться! Да, это уже куда-то в отклонения психики, но если подумать с точки зрения ощущений, то боль была первой дрянью, что проникла в моё тело за эти три месяца. Я лишь затухал и истаивал в эмоциях, а тут яркий толчок обратно в реальный мир. Буквально пинок, которого никто не ждал. — Почуял, мразота? Орёшь теперь, как падаль, вот и станешь ею скоро, понял? Я тебя совсем убью, паскуда! Я же тебя… — Да, ору! Хочешь, я тебе куда выстрелю, а?! — меня это всё ещё смешило. Нервы, нервы. В ноге что-то булькает, а у меня мысли скачут так, будто я пьяный, а не получивший заряд боли. — Псих, что ли? — бандюк отшатнулся, продолжая держать меня на мушке, — все вы Кривуны ненормальные… не зря наш боится, ребят подсылает. Сколько раз уже… — Я в те дни не работал, у меня выходные были, — зажал рану на ноге ладонью, — но мне передавали, что вы заходили, да… Мужик дёрнулся от звуков в главном зале и выпрямил руку, прицеливаясь в мой лоб. |