Книга Номер люкс: тайны включены в стоимость, страница 28 – Лариса Лазарова

Чело его омрачает печаль. Видимо, все его знакомые женщины медленно, но верно прибавляют в весе каждую неделю. Украдкой присматриваюсь. Ну не помню я остроносенького капитана. Личико мелконькое, губки узенькие. Злой, наверное.

— Ты знаешь, – щебечет он, лихо обгоняя громадный Камаз, – я тогда все стремился к тебе, думал. Даже несколько раз хотел позвонить. А потом, сама понимаешь. Семья, дети, работа. Времени в обрез. Но как увидел – вспомнил. Так стыдно стало. Ведь должен был, должен!

Что же он мне должен-то, сердешный? Пытаюсь отвлечь его от навязчивой идеи раскаяться до конца. Вот уж чего мне совсем не хочется, это вспоминать какие-нибудь жуткие истории. Будем считать, что в пятом классе он у меня списывал математику.

— Да что там! – машу рукой. – Меня саму вон как закрутило, понесло. Работа у нас – бег на длинную дистанцию с препятствиями.

— Ты замужем? – осторожно спрашивает он и руки на руле замирают. Не доедем.

— Нет, что ты, – утешаю я. – Мне все не до того.

Он облегченно вздыхает. Мама дорогая, он что, был в меня влюблен? В том же пятом классе? Поездка тянется невыносимо долго. Капитан зудит. Вздремнуть невозможно. Он увлеченно рассказывает, как ему повезло. Жена, ребенок, любимая работа. Киваю и поддерживаю. Увидев родной подъезд, готова его расцеловать. Капитан мрачнеет.

— У тебя когда следующая смена?

— Вообще-то мы сутки через трое.

Я уже стою и готова откланяться. С великой благодарностью.

— Я приеду.

Мне остается только пожать плечами. И потащиться на свой этаж. Лифт не работает. А кто в этом сомневался? Дома никого. На кухонном столе – записка. Одна новость хуже другой: «У нас завелись муравьи. Рыжие и черные. Черных больше. Тебя вызывают в школу. В 19:00. Целуем». Муравьи, как и школа, – это судьба. Не миновать. Зато какой предлог, чтобы не выслушивать сегодня вечером еще одного зануду. Перед тем, как лечь спать, выключаю телефон. Ну, кто теперь кого?

Все рождение Катьки проходило под девизом «Да здравствует головотяпство и разгильдяйство». Я писала диплом. Научный руководитель был деканом факультета. Самое главное для дипломника, считал он, это железная дисциплина и никаких поблажек.

О компьютерах тогда можно было только мечтать. Мне родители где-то нашли знаменитую тогда на всю страну электрическую машинку «Ятрань». Вот на ней я четырьмя пальцами и пыталась изобразить нечто научно-необычное. С творческим подходом. И надо же было так случиться, что в нашей малогабаритной квартире точно в это же время грянул гром. Мой восемнадцатилетний братец решил жениться. По вселенской любви. На женщине, которая была старше его лет на пять. Сказать, что родители были в шоке – значит не сказать ничего. Брат младший, любимый, разумеется, умный и талантливый. Каждый добивался, чтобы я перешла на именно его сторону. Никаких условий для научной работы! Пока они решали эту проблему, я переселилась к подруге в общежитие и мирно печатала свои листочки. Не задумываясь ни о каких сторонах жизни. Пока моя подруга, будучи женщиной со стажем, не задала мне прямой вопрос.

Который начинался со слова «Почему?..» Следующий ее вопрос был: «А когда?»

Вопросы мне не понравились. Напомню то время: всякие там консультации только по месту прописки. Уже в регистратуре тебя испытывают на прочность, сначала проверяя штамп проживания, а потом и регистрацию брака. Так как с браком было никак, шлейф осуждения преследовал до кабинета, где в очереди встречались сплошь почтенные матроны из твоего подъезда. Мамина коллегу и мама мальчика из твоего класса, с которым ходила в кино.