Книга Наследие Зари, страница 4 – Лиса Хейл

— Нет, – тихо, но твёрдо сказала Элара. Её голос, казалось, на мгновение прорезал гул ветра. – Вы не в движении. Вы в ловушке.

Она сосредоточилась, направляя ту прохладу, что шла от голубого глаза, вперёд, на ближайшую пару душ, сцепившихся в очередном порыве. Светлый луч, подобный лунному, коснулся их.

И что-то изменилось. Их безумные, полные жажды взгляды на секунду прояснились. В них мелькнуло непонимание, потом – щемящая, детская растерянность. Они посмотрели друг на друга не как на объекты вожделения, а как на людей. Всего на мгновение. Потом вихрь с новой силой рванул их, разметая в стороны, и в их глазах вновь вспыхнул знакомый огонь.

Но это было что-то. Искра.

Шторм взревел с новой силой, словно почувствовав угрозу. Вихрь стал сильнее, он рвал на ней униформу, тянул за волосы. Элару потащило в самую гущу кружащихся тел.

— Не можешь бороться с океаном, дитя! – кричали ей голоса из бури. – Плыви по течению!

Она упала на колени, пытаясь зацепиться за что-то. И в этот момент её золотой глаз, обычно такой же буйный, внезапно прислал ей иной образ. Не искушение, а… карту. Структуру. Она увидела, что буря не хаотична. У неё есть центр, спокойное «око», куда не долетали души, вечно гонимые по периферии.

И там, в центре, стояла одинокая фигура. Женщина. Её душа была самой яркой, самой могущественной. Царица этого вихря. Клеопатра этого ада.

Подгоняемая бурей, Элара поползла туда. Ветер выл, души метались вокруг, но в самом центре была зловещая тишина. Женщина повернулась к ней. Её красота была ослепительной и ужасающей, лишённой всякой теплоты, как у идеально огранённого алмаза.

— Ко мне пришло дитя двух бездн, – её голос был сладким, как яд. – Ты принесла мне новую игрушку? Или сама хочешь присоединиться к нашему вечному балу?

— Я ищу выход, – сказала Элара, с трудом поднимаясь на ноги. Её голубой глаз пытался найти в этой женщине что-то человеческое, но видел лишь зеркальную поверхность, отражавшую её собственный страх.

— Выход? – она рассмеялась. – Милая, его нет. Есть только танец. Чувствуешь, как твоя кровь закипает? Это твоя истинная природа. Природа твоего отца. Откажись от этого холодного света и отдайся огню.

Она протянула руку, и Элара почувствовала, как всё её тело вспыхивает в ответ. Жар поднимался изнутри, угрожая сжечь её изнутри. Это было в тысячу раз сильнее, чем мимолётные искушения перед этим. Это был зов самой Тьмы, первозданной и всепоглощающей.

И тут, на грани, Элара поняла. Она не может победить эту бурю силой. Не может погасить этот огонь. Но она может не поддаться ему.

Она закрыла золотой глаз, полностью доверившись голубому. Она представила себя не скалой, о которую разбиваются волны, а глубоким, спокойным озером, которое невозможно взболтать ураганом. Она думала не о страсти, а о тишине. О одиночестве в своей каморке под крышей. О том, как смотрела на звёзды, которых не было видно из-за городского света. О чувстве покоя, которое рождалось внутри, а не приходило извне.

Жар отступил. Вихрь, бушевавший вокруг неё, стих, не в силах больше зацепить её.

Царица Похоти смотрела на неё с холодным изумлением.

— Интересно, – сказала она. – Ты не борешься. Ты просто… не участвуешь.

— Мой выбор, – выдохнула Элара.

Повернувшись спиной к женщине и бушующему вихрю, она шагнула в сторону. И буря расступилась. Она не исчезла, но больше не имела над ней власти.