Книга Неравный брак, страница 4 – Альма Смит

Отец ходил как призрак. Он пытался заботиться, готовил ее любимые блюда, но руки его дрожали, а в глазах стояла немой укор самому себе. Долг был формально погашен — в квартиру приходил неприметный человек в строгом костюме, вручил отцу расписку и холодно кивнул Веронике.

Угроза миновала, но цена… цена висела над ними обоими тяжелым саваном. Бандиты больше не беспокоили. Их тень сменилась другой, более монументальной и не менее пугающей — тенью грядущего брака.

И вот этот день настал. День первой встречи с «женихом». Не свадьба еще, нет. Просто… оформление документов. Печать сделки на бумаге, прежде чем скрепить ее жизнями.

Вероника стояла перед зеркалом в своей комнате. На ней было простое синее платье — не невеста, не праздничный наряд. Просто… товар, выставленный на осмотр. Она сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони. «Не плакать. Не показывать страх. Ненавидеть молча». Это стало ее мантрой.

Машина, присланная за ней, была дорогой и чужой. Кожаные сиденья пахли незнакомым ароматом, а водитель — суровый мужчина с кавказскими чертами лица — не проронил ни слова за всю дорогу. Он привез ее не в ЗАГС, а в роскошный офисный центр в самом центре города. Стекло и сталь. Власть и деньги. Мир Артема Касымова.

Ее проводили в кабинет, поражавший размерами и сдержанной роскошью. Панорамные окна открывали вид на город, но Вероника не видела его. Ее взгляд уперся в человека, сидевшего за массивным столом из темного дерева.

Артем Касымов.

Он не был дряхлым стариком, каким она его рисовала в своих кошмарах. Лет сорока пяти, не больше. Высокий, широкоплечий, с четкими, резкими чертами лица, которые могли бы быть привлекательными, если бы не ледяная сдержанность во взгляде.

Темные, чуть вьющиеся волосы с проседью у висков. Одежда — безупречный дорогой костюм, подчеркивающий статус, но без кричащей роскоши. Он изучал документы, и только когда дверь закрылась, поднял глаза.

Вероника замерла. Его взгляд был… оценивающим. Не пошлым, не вожделеющим, а скорее как коллекционер, рассматривающий новое приобретение. Взвешивающим ее ценность. В этом взгляде не было ни капли тепла, ни намека на улыбку или попытку снять напряжение. Только холодный, пронзительный расчет и безраздельная власть того, кто знает, что купил то, что хотел.

— Вероника, — произнес он. Голос был низким, бархатистым, с легким, едва уловимым акцентом. Голос человека, привыкшего, что его слушают.

— Садитесь.

Она машинально опустилась в кресло напротив, чувствуя, как спина покрывается ледяным потом. Он протянул ей стопку бумаг.

— Документы на регистрацию брака. И брачный договор. — Он говорил спокойно, деловито, как будто обсуждал сделку с недвижимостью.

— Ваш отец уже подписал свое согласие. Вам остается поставить свою подпись. Условия стандартные: в случае развода по вашей инициативе, вы не претендуете на мою собственность, приобретенную до брака. Я беру на себя все ваши текущие и будущие расходы. Ваше образование будет оплачено, если вы решите продолжить. — Он сделал небольшую паузу, его темные глаза снова впились в нее.

— Я исполню свою часть договора. Долг вашего отца погашен. Его жизни и вашей — ничего не угрожает. Теперь ваша очередь.

Вероника взяла ручку, которую он молча пододвинул. Пластик был холодным. Она скользнула взглядом по тексту договора. Юридические термины сливались в кашу.