Книга Заставь меня согрешить, страница 19 – Джей Ти Джессинжер

За последние четыре часа я только и делала, что размышляла об Эй Джее Эдвардсе и его загадочных последних словах. Я не смогла выдвинуть ни одной гипотезы, которая объяснила бы их или его еще более странное поведение по отношению ко мне. Мне не терпится остаться с Джейми наедине и расспросить его обо всем, что он знает об Эй Джее. Особенно о женщине в России, которой он сегодня отправил цветы.

К сожалению, из-за того, что кухарке моих родителей, Нине, около четырехсот лет, благослови ее Господь, этот ужин продвигается со скоростью улитки. Возможно, мы все еще будем сидеть здесь на рубеже следующего столетия.

— Это было потрясающе, миссис Кармайкл. Мне нравится как вы готовите.

Моя мама принимает комплимент Эрика с любезной улыбкой, как будто она действительно приложила руку к приготовлению ужина.

— Спасибо, Эрик. Так приятно видеть, что мужчине нравится еда.

Это недвусмысленный намек на моего отца, который обычно принюхивается к причудливым тайско-перуанско-японским блюдам Нины и отправляется к холодильнику в поисках чего-нибудь похожего на настоящую еду. Эрик же ест все, что движется. Если бы мы попали в авиакатастрофу и оказались на необитаемом острове, он был бы последним выжившим, с радостью поглощающим всех жуков, червей и летающих насекомых, без малейшей брезгливости. Я убеждена, что у него нет вкусовых рецепторов.

С другой стороны, в большинстве блюд, которые готовит Нина, нет мяса, и для меня это плюс.

Мама переключает внимание на моего брата.

— Джеймс, у тебя появились новые особенные подруги, о которых нам стоит знать?

Брат безмятежно улыбается.

— Нет. Хотя, если ты хочешь узнать о моих новых особенных друзьях, с которыми я недавно познакомился, это совсем другая история.

Моя мама бледнеет. А отец так быстро меняет тему, что у меня кружится голова.

— Хлоя, мы поговорили о новом деле твоего брата, о моем новом деле и о новых приобретениях твоей мамы в мире искусства, но ты так и не произнесла ни слова о себе.

Я рада, что отец проявляет интерес к моей работе. Обычно все не так.

— Раз уж ты об этом упомянул, у меня есть важная новость.

— О? И какая же?

Я замечаю, как переглядываются мои родители. Они с нетерпением наклоняются вперед. Я тронута их вниманием.

— «Флёрэ» будут снимать для журнала «Пипл»! — Гордясь собой и ожидая их дальнейших вопросов, я делаю глоток шелковистого бордо, которое мама подала к ужину.

Мама моргает.

— Журнал «Пипл», — медленно повторяет она, как будто никогда о нем не слышала. — Это тот, который публикует все эти истории о Ким Калашьян?

Мой брат приходит мне на помощь, его голос звучит сухо, как кость.

— Кардашьян, мам. Знаешь, это одна из самых известных женщин в мире? И да, это тот журнал, о котором говорит Хлоя. Для нее это невероятная возможность. — Он поворачивается ко мне с улыбкой. — Ты не говорила мне об этом сегодня, малышка. Поздравляю. Ты молодец. Когда это произойдет?

— Я тоже ничего об этом не слышал, — обиженно говорит Эрик. — Значит ли это, что теперь ты будешь работать еще больше?

Я делаю еще один глоток вина. Отец отмахивается от этого нежеланного вмешательства.

— Нет, Хлоя, я имел в виду, что происходит в твоей личной жизни. Когда вы с этим прекрасным молодым человеком собираетесь пожениться?

Вино брызжет у меня изо рта, как гейзер, заливая мой подбородок, тарелку и белую льняную скатерть вокруг нее тонкой красной струйкой. Я начинаю кашлять и не могу остановиться. Джейми смеется. Мама в ужасе ахает. Она вскакивает на ноги и зовет Нину, чтобы та принесла влажную тряпку. Отец просто смотрит на меня, подняв густые брови, и ждет ответа.