Книга Заставь меня согрешить, страница 16 – Джей Ти Джессинжер

Я убиваю его своим отвратительным голосом. Когда я говорю, ему кажется, что в воздухе летают фекалии.

— О боже, Хлоя, перестань так драматизировать. — Джейми встает и помогает мне подняться. — Честно говоря, если бы ты просто понимала мужчин, твоя жизнь была бы намного проще.

Я обижаюсь.

— Я понимаю мужчин!

Его поднятые брови опровергают мое утверждение.

— И что это вообще значит? Какое отношение это имеет к Прекрасному Принцу?

Взгляд, которым одаривает меня брат, почти такой же проницательный, как у Эй Джея.

— Ты называешь человека, которого, по твоим словам, ты терпеть не можешь, Прекрасным Принцем?

Я театрально вздыхаю.

— Очевидно, я иронизирую.

— Очевидно. Точно так же он называет тебя Принцессой. Что тебя так раздражает.

Логика Джейми тоже раздражает.

— Это не одно и то же! И он первый начал!

Выражение лица Джейми становится суровым.

— Я сделаю вид, что ты этого не говорила, потому что ты выше этого, Хлоя Энн. И ты уже слишком взрослая, чтобы закатывать истерики. Если он тебе не нравится — или кто-то другой, если уж на то пошло, — просто будь вежливой и двигайся дальше. Прояви хоть немного такта.

Мне тут же становится стыдно. Если бы эту лекцию читала моя мать, я бы без проблем отмахнулась от нее. Но когда так говорит брат, я чувствую себя жалкой.

— Ладно, пошли, — говорит Джейми и заключает меня в объятия. Затем отпускает меня и проводит рукой по моим волосам. — Давай выйдем и покажем Большому Папочке, что у тебя есть хорошие манеры?

Я морщусь.

— Может, ты перестанешь его так называть, пожалуйста? Это звучит…

— Горячо? — ухмыляется Джейми.

— Странно.

Он многозначительно шевелит бровями.

— Или сексуально?

— Фу.

— О, я знаю. Это звучит восхитительно грязно, прям как он.

— Хватит! — кричу я, закрывая уши. — Я не хочу слышать, какой он, по-твоему, сексуальный!

Джейми подводит меня к двери, обнимая за плечи.

— Значит, мы не будем говорить о размере его ботинок? Потому что, честно говоря, я видел слонов с ногами поменьше. Представляешь, что у него в штанах…

— Джеймс Огастес Кармайкл, я убью тебя на месте, если ты скажешь еще хоть слово.

Он понимающе улыбается в ответ.

— Да ладно. Ты же не считаешь, что я не думал о том же самом?

Брат провожает меня до двери, и я радуюсь, что мне не нужно лгать и отрицать это.

Хлоя

Когда я подхожу к кассе, Трина как раз заканчивает обслуживать Эй Джея. Она считает ему сдачу и протягивает чек. Он расплачивается наличными, и я думаю, не относится ли он к кредитным картам так же предвзято, как к телефонам и компьютерам.

— Доставка, скорее всего, займет четыре или пять дней, — говорит Трина. — Международные заказы доставляются немного дольше.

Эй Джей кивает.

— Нет проблем. Я этого ожидал. Главное, чтобы все было готово к двадцать пятому. — Он замечает, как мы с Джейми выходим через заднюю дверь. Его лицо ничего не выражает, но я думаю, что он затаил дыхание.

Впервые с момента нашей встречи мне становится жаль этого враждебного, раздражающего человека. Он напряженно наблюдает за мной, ожидая, что Квазимодо и чудовище Франкенштейна вылезут у меня изо рта и заплюют его фекалиями.

Эта мысль так угнетает меня, что мне хочется развернуться и снова спрятаться в подсобке.

— Все готово! Спасибо за заказ! — весело щебечет Трина, отпуская Эй Джея.