Книга Заставь меня согрешить, страница 18 – Джей Ти Джессинжер

— И что бы это, черт возьми, могло быть? — рычит Эй Джей.

Может, мне стоит испугаться. Или, может, мне стоит обидеться. На самом деле я чувствую обжигающий гнев, смешанный со сладким облегчением, потому что теперь мы можем снова ненавидеть друг друга, и мне не придется так сильно нервничать.

Я выпрямляюсь во весь рост, смотрю ему в глаза и резко выпаливаю: — Твоя особенность со слухом. Я знаю об этом. И я думаю, что от каждого моего слова тебя начинает тошнить, ты, вспыльчивый, высокомерный, асоциальный задира!

В магазине воцаряется тишина. Даже шум компрессора в холодильнике, кажется, затихает после моей вспышки гнева. Я смотрю на Эй Джея, тяжело дыша и пытаясь пронзить его взглядом.

На его лице отражается понимание. Как ни странно, это заставляет его язвительную враждебность исчезнуть в мгновение ока, как будто ее и не было.

— Ты думаешь, что не нравишься мне из-за моей хроместезии. — Это утверждение, а не вопрос. Оно звучит с юмором. Мой гнев ослабевает, а затем и вовсе угасает, оставляя меня в еще более плачевном состоянии, чем прежде.

Очевидно, я ошибалась, думая, что причиной его неприязни был мой голос. Теперь мне кажется почти наивной моя вера в такое простое и невинное объяснение.

Но нет. Ненависть Эй Джея ко мне гораздо глубже, чем просто звук моего голоса. Я возвращаюсь к исходной точке. А он ухмыляется.

Ухмыляется.

— Ты та еще заноза в заднице, не так ли, Принцесса?

Я отказываюсь ему отвечать. Я не доставлю ему такого удовольствия. И не позволю ему меня провоцировать. Как и сказал Джейми, мне следует проявить гордость и отпустить ситуацию. К сожалению, мои ноги не подчиняются приказу мозга развернуться и уйти. Мы молча смотрим друг на друга.

Эй Джей подходит ко мне ближе, не сводя с меня глаз. Его голос звучит так тихо, что это кажется почти интимным.

— Хочешь знать, что я вижу, когда смотрю на тебя?

От него пахнет чем-то, что я хотела бы съесть. Чем-то теплым и сладким, как свежеиспеченное печенье. У меня текут слюнки, но я слишком ошеломлена происходящим, чтобы анализировать свою физическую реакцию на него. Мое сердце бешено колотится.

Эй Джей наклоняется ближе. Он вдыхает, как будто тоже меня обнюхивает, и прижимается губами к моему уху так близко, что я чувствую его теплое дыхание на своей шее. От этого я вздрагиваю.

— Спроси меня, что я вижу, Хлоя.

Он впервые произносит мое имя. По моему телу пробегает электрический ток, воспламеняя каждый нерв. Мои соски твердеют. Дыхание сбивается. Даже если бы я захотела, то не смогла бы заговорить.

Эй Джей медленно поворачивает голову, касаясь кончиком носа моей челюсти. Когда наши глаза оказываются на одном уровне, а носы — вплотную друг к другу, он шепчет: — Спроси меня.

Магазин исчезает. Мы парим в пустоте, одни в бескрайнем черном море. Я вижу только его глаза, золотые, прекрасные и манящие.

— Ч-что ты видишь?

Почти бесшумно, едва переводя дыхание, Эй Джей шепчет: — Призраков.

Все волоски у меня на затылке встают дыбом. По рукам бегут мурашки.

Он разворачивается и уходит, оставив меня стоять и глупо пялиться ему вслед.

— Мы готовы к десерту, Нина.

Голос матери возвращает меня в настоящее. Я сижу за элегантным обеденным столом, а Эрик довольно вздыхает рядом со мной, держа меня за руку под скатертью. Отец сидит справа от меня. Джейми сидит напротив и с удивлением смотрит на меня поверх фарфоровой кофейной чашки.