Книга Лечить нельзя помиловать, страница 36 – Александра Логинова

— Хуже, чем в кошмарах, — тяжело выдохнул мужчина. — А вы, эрла, мегера. Извините за прямоту.

— Правда? — просияла я, опуская букет в кружку с водой. — Спасибо. Знаете, как угодить даме.

Заведу блокнотик для пометок «Плюсы и минусы эрла Алеона Клода как потенциального супруга и импотенциального любовника» и продам за дорого следующей горемыке.

Пора выгонять гвардейского фазана. Через сорок минут придет пациент похвастаться своей новенькой межпозвоночной грыжей, и до его прихода нужно успеть перетрясти дежурный медицинский саквояж на предмет упущений. А после отправиться в обход по домам: целых семь младенцев ждут, когда тётя-лекарка придет полюбоваться на их пухлые щеки. Неонатологов в королевстве не было, как и участковых педиатров, однако мои роженицы категорически приветствуют послеродовую инспекцию. Осмотреть, оценить, обрадовать — три «О» патронажа новорожденных. И по возможности зарядить каждую мамочку хорошей дозой бодрости и спокойствия напрямую через кожные покровы.

Несмотря на мою принципиальную лекарскую специализацию — хирургия, акушерство и травматология, — большинство пациентов приходят с однотипными хроническими жалобами. «Хорошо, что есть врачи. Плохо, что у них есть работа» — именно так можно описать каждый трудовой день. Сегодняшняя среда скучна на врачебные подвиги: ни операций, ни сложных переломов. Плохо? Да отлично! Пусть накачивать молодых мамочек бодростью и убирать постакне с лиц подростков скучно, но я готова скучать каждый день.

— Тогда позволю себе обрадовать вас снова, — ехидно отозвался капитан. На стол лег белоснежный конверт с золотистым сургучом и сушеными цветами под ним. — Пригласительный билет на ежегодный королевский бал в честь богини Ахавы.

— Здорово.

Превосходно, если быть откровенной. В субботу я планировала хорошенько отдохнуть, пользуясь праздником, и выспаться «на все деньги». А проснувшись, притащить в постель коробку шоколада и учебник по клинической флебологии. И обязательно зашторить окна, запереть дверь и повесить снаружи табличку «Штатный патологоанатом. Только ногами вперед». А если гвардейский фурункул за весь день не покажется, я сердечно назову день Ахавы лучшим праздником.

— Будьте готовы к трем часам дня. Я заеду за вами ровно в пятнадцать-ноль-ноль.

— Что? — э-э-э, мы так не договаривались. — А я тут при каких палатах?

— Приглашение на имя маркиза Клода со спутницей, — невозмутимо выдал смертник. — И раз вы моя невеста, то обязаны предстать перед двором.

А… А за его убийство меня наградят? Две войны не смогли ушатать капитана, нанятые киллеры промазали из всех стволов, недоброжелатели кусали локти. Но у них отсутствовала должная мотивация. Зато у меня ее хоть отбавляй, вместе с небольшим сюрпризом для охамевшего колдуна. Любезность за любезность, половой демократ.

— Я не смогу пойти на бал. Уважительная причина — останусь ухаживать за инвалидом благородного происхождения.

— Каким еще инвалидом? — настороженно спросил Алеон, что-то заподозрив. Но среагировать не успел.

Шагнув к капитану с ласковой улыбкой, я доверчиво положила ладонь ему на грудь. Фьить! Мужские колени подогнулись, и парализованный маг стёк на пол, дикими глазами пялясь на меня снизу. Р-р-р-р, фазан ощипанный! Онемевшая нижняя половина капитана бесчувственной колодой растеклась по паркету, не позволяя ему подняться, в то время как туловище выше ребер издавало гневные звуки.