Книга Лечить нельзя помиловать, страница 22 – Александра Логинова

Понт на понт, как говорится. Выражение лица сдало Гвардейшество с потрохами: под слоем ярости в глазах плескалась натуральная паника, словно я прямо сейчас достану из-под кресла рупор и оповещу весь город о мужском недуге. Готова спорить, ужасные картины позора несутся вскачь перед мысленным взором капитана, и я — впереди верхом на коне, имя которому Стыд и Срам.

Гхм, что-то я увлеклась, простите.

— Врачебная тайна до первого судебного заседания, — от честного предупреждения эрл Клод поджал губы. — Готовы видеть свое фото во всех газетах города? Журналисты не дремлют.

Купленная повестка без юридической силы осталась бесполезно валяться на журнальном столике. Осознав провал, аристократ молча откинулся на спинку и прикрыл глаза, устало потерев высеченную скулу. Черт возьми, меня ненавидят или соблазняют? Темный галстук ослаб от нервного движения, давая боевому колдуну больше кислорода.

— А если попытаться вылечить это безумие как обычную болезнь? — пораскинув мозгами, уточнил он.

— И откинуть когти от божественного отката? Я вам в таких делах не товарищ, эрл. Попробуйте переключиться, найти хобби, испытать пользу вынужденного воздержания. Говорят, год без женщин хорошо прочищает мозги мужчинам. Вы рискуете стать просветленным.

— Отшельником, — горько рассмеялся Алеон. — Из тех, что бродят по миру и молятся в каждой деревне. Ибо главу-кастрата дом Клод не потерпит.

— Вот оно что.

— Если меня отлучат от рода, я заберу вас с собой в скитания, — шутливо пригрозил он и тут же запнулся.

Взгляд Гвардейшества приобрел некую осмысленность, вернувшись ко мне, и пробежался подозрительно оценивающим рентгеном по халату. Прикидывает, можно ли мной наесться в голодный год? Живой не дамся, застряну поперек горла. Однако эрл не спешил высказывать мысль и загадочно промолчал. Пора его гнать поганой метлой, но один момент стоит уточнить — как именно целый гвардейский капитан, крутой маг и военный, попал под вражеское заклятье нелегальных самоучек, перестав быть целым.

Объединенное королевство — центральный мир, окруженный тремя менее цивилизованными, но любопытными измерениями: миром огненных фениксов, краем зубастых вервольфов и владениями чешуйчатых виверн. Четыре государства прекрасно коммуницируют между собой и частенько обмениваются жителями, как столица и провинция: каждый год королевство наводняется перевертышами-мигрантами, стекающимися за лучшей жизнью. Взамен местные власти отправляют своих поданных в другие миры: военных, ученых, лекарей, учителей, по-отцовски деля человеческие ресурсы. Я тоже моталась в командировки, но всегда возвращалась обратно в мир людей. Очень уж измерения перевертышей климатически недружелюбны.

— Мы гнали нелегалов из виверн, — медленно начал капитан.

Далеко не все оборотни, только прибывшие в королевство, хотят честно трудиться и соблюдать законы. Порядка десяти процентов рассчитывают наворотить выгодных дел и сбежать обратно в свои миры, затерявшись в пустынях, горах и лесах. Многие занимаются укрывательством человеческих преступников, забирая их с собой на родину. Их выслеживает городская стража по распоряжению Тайного отдела дознания, ловит и депортирует обратно без права на туризм. Именно таких вооруженных «нелегалов» преследовал отряд Алеона, пытаясь загнать антисоциальных маргиналов в колдовскую ловушку, не дав им покинуть город. Но злоумышленники показали зубы в прямом и переносном смысле.