Книга Тебя никто не спасет, страница 24 – Майарана Мистеру

Пока Кейран утешал её, говоря что-то о том, что «ошибиться может каждый», и подавал ей платок, я стояла рядом, чувствуя, как тяжесть фальшивых камней вдавливает меня в пол.

Я посмотрела на своё отражение в темном оконном стекле.

Ярмарочный попугай.

После того как Кейран отошел, оставив меня стоять посреди зала в моем сверкающем «доспехе», бал для меня закончился. Я мечтала исчезнуть, провалиться сквозь мраморный пол, но этикет требовал оставаться. Уйти сейчас означало бы признать поражение, сбежать с поля боя.

Я нашла убежище в тени массивной колонны, подальше от танцующих пар. Мелисса куда-то исчезла — кажется, пошла за напитками, — и я осталась одна, чувствуя себя мишенью в тире. Стеклярус на платье позвякивал при каждом вдохе, напоминая о моем позоре.

— Леди де Грейс? — раздался за спиной вкрадчивый, неприятно знакомый голос.

Я вздрогнула и обернулась. Передо мной стоял барон Ленгтон. Я помнила его по столице — скользкий тип с бегающими глазами, который часто бывал у отца в кабинете. Что он делает здесь, на Севере?

— Барон? — я постаралась придать голосу холодность. — Не ожидала вас увидеть.

— Дела, миледи, дела, — он улыбнулся, и эта улыбка больше напоминала оскал гиены. В руке он держал бокал, и от него отчетливо пахло крепкими напитками. — Я слышал о вашей… удачной партии. Герцог Эшборн. Впечатляет. Надеюсь, его казны хватит, чтобы расплатиться за ошибки вашего покойного батюшки?

Меня бросило в жар. Он говорил громко. Слишком громко. Ближайшие гости — пара дам в строгих серых платьях — повернули головы в нашу сторону.

— Я не понимаю, о чем вы, — процедила я, делая шаг назад. — Счета отца…

— Ваш отец умер банкротом, милая, — перебил Ленгтон, делая шаг ко мне. Он покачнулся, и напиток в его бокале опасно плеснул. — И оставил вам с сестрой в наследство не только громкое имя, но и векселя. Три тысячи золотых. Я приехал сюда не танцевать, а узнать, когда герцог начнет платить по долгам своей невесты. Или вы думали, что смерть маркиза их спишет?

— Тише! — шикнула я, чувствуя, как паника ледяной рукой сжимает горло. Если Кейран услышит… если он узнает, что мы с Мелиссой не просто бесприданницы, а должницы, сейчас, после всего, что я натворила… — Вы не смеете говорить со мной в таком тоне! Уходите!

— Не смею? — барон расхохотался. — Я купил ваши долговые расписки, девочка. Фактически, я купил половину вашего гардероба. Кстати, это платье… — он протянул руку, чтобы ухватить меня за рукав, украшенный фальшивыми камнями. — Выглядит дорого. Может, начнем с него?

— Не трогайте меня! — вскрикнула я.

Инстинктивно, защищаясь от его липких пальцев, я толкнула его в грудь. Я не вкладывала в этот жест силы, но барон, нетвердо стоявший на ногах, не удержал равновесия. Он взмахнул руками, пытаясь ухватиться за воздух, содержимое его бокала полетело мне на грудь. А он сам с грохотом рухнул назад, прямо на поднос проходящего мимо лакея.

Звон бьющегося хрусталя перекрыл музыку. Оркестр смолк.

Барон лежал на полу, залитый напитками и соусом, и стонал, барахтаясь в осколках. Я стояла над ним, тяжело дыша, с протянутой рукой.

В наступившей тишине все взгляды устремились на нас. На меня.

— Эстелла! Боже мой! — Мелисса возникла рядом, бледная от испуга. В дрожащих руках она сжимала бокал с водой. — Ты цела? Тебе снова дурно?