Книга Три Ножа и Проклятый Зверь, страница 94 – Екатерина Ферез

Рубо ждал этих слов, ждал вызова. На его губах промелькнула торжествующая улыбка. Он ответил, что бросил бы ей вызов, коль скоро это поможет уберечь от гибели любимых сынов Пенторра, которых она так жаждет принести в жертву своему горю. Однако же у него есть основания подозревать, что она, Рада Лучезарная, нарушила закон ирры, а потому честный поединок с ней невозможен. В зале зароптали. Встревоженные торры спрашивали друг друга, о чем это говорит уважаемый тотто Рубо Червон? Что это такое — закон ирры? Мое же сердце едва не разорвалось в тот момент, когда я понял, что все это представление часть какого-то хитроумного плана. Что Кан говорил правду, а я попросту отмахнулся от него, вместо того, чтобы предупредить Раду о готовящейся ловушке. Я вскочил со своего места и увидел Кана, судорожно пересчитывающего пальца на руках, снова, и снова, и снова. Побежал к Раде, чтобы встать рядом с ней, но в этот момент распорядитель Эльг Кобальт ударил к гонг, призывая Совет к вниманию. Все включая меня замерли на месте. Старик взмахнул алыми рукавами и грозно взглянул на Рубо, словно желая испепелить того взглядом. Мне было ясно, что все это притворство, какое-то грязное представление, но я не знал, как помешать ему. Распорядитель произнес с гневом в голосе, что такое страшное обвинение следует подкрепить доказательствами, иначе сам Рубо рискует быть брошенным в свинцовый мешок. На что Рубо немедля ответил, что у него есть свидетель. Близнецы Агаты расступились и вытолкнули вперед какого-то мальчишку, едва достигшего возраста испытаний. Я видел его тогда первый и единственный раз в жизни. Мальчишка оказался довольно бойким, он не был ни напуган, ни смущен. Указав на Раду пальцем, произнес громко и звонко, так что слышали все торры, что видел собственными глазами, как эта женщина с копьем в руках в полнолуние под созвездием Голодного тигра близ Черной горы рассекла себе запястья, взывая к милости Проклятого зверя. Что она умоляла дать ей его силу, чтобы соединиться со своей тигрицей, чтобы обрести легендарную проклятую мощь и стать непобедимой в бою. Зал взорвался криками! Я видел неподдельный ужас на лицах торров. И видел так же и то, что все вокруг поверили этим страшным словам. Эльг ударил в гонг и выкрикнул во всю мощь своего голоса, что после такого обвинения должно разделить Раду с тигрицей и заточить обоих, пока не будет установлена истина. Его слова утонули в возмущении. Я и сам кричал в тот момент, призывая всех к благоразумию. Кричал, что слова мальчишки ничего не стоят, что нельзя ему верить. Эльг бил в гонг снова и снова. Я увидел, как близнецы Агаты заходят Раде за спину. И один из них, кажется Зев, уже схватился с одним из ее сторонников. Кан подбежал ко мне и прокричал на ухо, что мы должны немедленно идти к ней. Вокруг творилось какое-то безумие. Торры спорили, перекрикивая друг друга, в разных концах зала завязались потасовки. К нам подскочил Заб Полубагрянец, тогда еще здоровый как лось, и схватил Кана за плечи и принялся трясти, приговаривая, что раз тот числиться в учениках у Эльга, то должен немедля разъяснить, что за закон ирры такой и что все это значит. Нам едва удалось от него отделаться.

Когда мы снова повернулись к центру зала, в поисках Рады, то увидели, как она, угрожая копьем, осыпает проклятиями Рубо и братьев Агатов. Все трое тоже держали в руках копья и выглядели так, словно собирались пустить их в ход. Расталкивая всех на своем пути, я побежал вперед. И в тот миг, когда я уже был почти рядом с Радой, она закричала так пронзительно и отчаянно, что на мгновение вокруг повисла тишина. А потом вскинула руки, и ее тигрица прыгнула вперед, прямо на Рубо. Он упал на спину и едва увернулся от удара огромной лапы. Гонг пробил снова, визгливо завопил Эльг. Кое-кто из торров бросился к выходу, другие напротив устремились к центру. Меня толкнули, я потерял равновесие и растянулся на полу. Кан помог мне подняться. Я увидел, как вокруг него прыгают бирюзовые огоньки, так похожие на цветы незабудки, и понял, что он в отчаянии сейчас выпустит тигра. Я обхватил его и сжал так крепко, как только мог, потому что понимал — если он сделает это, то Раде никак не поможет, а лишь навлечет на себя большую беду. Закон торров строг — явивший тигра в стенах Пенторра торр будет изгнан на время или навсегда.