Книга Попаданка в тело обреченной жены, страница 58 – Юлий Люцифер

— Дай мне пустой флакон, — сказала я.

Нисса моргнула.

— Что?

— Любой. Маленький. Из-под духов, масла, хоть из-под старой настойки. Чистый. И еще — воронку. Если не найдешь, свернем бумагу.

Она смотрела так, будто только сейчас по-настоящему поняла: я не собираюсь просто выживать. Я собираюсь собирать против них их же тишину.

— Хорошо, — прошептала она.

Пока она искала в туалетном столике пустой флакон, я села у окна и снова прижала склянку к ладони. Тело трясло не от холода. От воспоминаний, которые шли уже ближе, чем хотелось.

Мирен сидит у этого же окна, только волосы распущены, лицо тоньше, глаза темнее от бессонницы. В руке та же маленькая бутылочка. И она шепчет — не Ниссе, не мужу, не Богу. Самой себе: “Не забудь этот запах. Если проснешься — не забудь”.

Я резко открыла глаза.

Меня будто ударило изнутри.

Не забудь этот запах.

Вот оно.

Значит, и Мирен уже пыталась оставить себе опору через тело, когда поняла, что словам здесь не поверят.

— Госпожа, — тихо позвала Нисса.

Я обернулась.

В ее руках был маленький стеклянный флакон и лист чистой бумаги.

Мы работали молча.

Я держала склянку, она свернула бумагу в воронку. Темная жидкость переливалась медленно, густо. Несколько капель упали на ткань, и запах ударил снова — сладкий, настойчивый, чужой. Я почти видела, как по этой капле когда-то стекало не лекарство, а чья-то продуманная воля довести меня до зимы достаточно слабой, чтобы уже не мешать дому.

— Спрячь большую обратно, — сказала я, когда закончила.

— Куда?

— На столик. Туда, где была. Если пропадет, они поймут.

Она побледнела.

— А если велят выпить при них?

Я посмотрела на нее.

Хороший вопрос.

Правильный.

Потому что до этого момента я еще могла играть в упрямство, в плохое состояние, в отказ. Но теперь, когда они поймут, что я продолжаю сопротивляться, давление станет жестче.

— Тогда мне понадобится свидетелем кто-то, кому Рэйвен поверит быстрее, чем лекарю, — сказала я.

— Кто?

И тут я вспомнила Вардена у двери кабинета, его внимательный, почти голодный интерес, его раздражение, его реплики за столом, его странное предупреждение, что не всякая правда спасает.

Нет. Ему доверять нельзя.

Эвелин — тем более.

Лиора? Слишком рано. И слишком опасно. Но есть еще…

— Управляющий, — сказала я. — Или тот, кто ведет учет поставок. Кто-то, кто не участвует в лечении напрямую, но видит, что в дом привозят.

Нисса задумалась.

Потом тихо:

— Есть мастер Керн. Он ведет закупки для кухни, погребов и лекарской кладовой. Но…

— Но?

— Он человек леди Эвелин.

Конечно.

Значит, и здесь дом обложил себя людьми правильно.

Я медленно выдохнула.

Хорошо. Тогда другой путь.

— Тогда мне нужен список того, что приносили лекарю для моих настоев. Не сейчас. Постепенно. Через прачек, через кухню, через тех, кто моет бутылки. Сможешь?

Нисса смотрела на меня уже почти с ужасом и почти с восхищением одновременно.

— Попробую.

— Не попробуешь. Сделаешь.

Она кивнула.

Вот теперь — хорошо.

Потому что если я хочу дожить до правды, мне нужны не только вспышки памяти и письма Мирен. Мне нужна сеть. Пусть маленькая. Пусть из одной служанки и случайных сведений. Но не одиночество. Одиночество для меня здесь уже один раз почти закончилось могилой.

Шаги в коридоре послышались так внезапно, что Нисса едва не выронила поднос.