Книга Страшилище, страница 55 – Марьяна Брай

В экипаже я спряталась за маской, попросила поднять верх. Но любопытство пересилило осторожность. Я то и дело подавалась вперёд, жадно разглядывая мощёные улицы, вывески лавок, нарядных прохожих.

Купеческие особняки с резными наличниками, извозчики в начищенных до блеска экипажах, дамы в длинных платьях под кружевными зонтиками – все казалось декорацией к спектаклю. Но это была реальность. Моя новая реальность. Марфа неодобрительно косилась на мое любопытство, но молчала. А я не могла оторвать глаз от этого живого, дышащего историей города. Я как будто побывала в кино.

Вернулись домой перед обедом. Казалось бы, поездка была недолгой: вернулись домой перед обедом. Но я нагуляла и без того не отличавшийся скромностью аппетит аж на три блюда.

Вечер выдался удивительно теплым. Я устроилась на веранде с книгой, поглядывая украдкой на дорожку перед домом. Перелистывала страницы, чтобы меня не заподозрили в обмане, а думала о том, что дни мои проходят достаточно сносно. Возможно, если бы это случилось со мной, когда я была молода, то ни единой причины радоваться я бы здесь не нашла.

Марфа всё крутилась рядом, но наконец, ушла, проворчав что-то про мои прогулочные платья. Она считала, что одежды у меня слишком мало. А поскольку я не надевала открытые платья и заставила отнести их на чердак, теперь в моем гардеробе гулял ветер. И экономку это знатно бесило.

Я перевела дух, осмотрелась, чтобы проверить, действительно ли она ушла, и начала наблюдение за садом соседей. Все в это время перед сном выходили гулять, и мне могло вполне себе повести. А как говорится, куй железо, пока горячо. Я боялась потерять тот запал, который в последние дни поднимал мне настроение.

И моя удача не заставила себя ждать. Строгова со служанкой проплыла сначала в одну сторону, потом пошла обратно. Сердце забилось чаще. Я помахала ей рукой, стараясь выглядеть как можно естественнее. Соседка остановилась у ограды, но входить не спешила.

Неторопливо поднявшись с удобного кресла, я направилась в её сторону, придерживая юбку.

— Анна Павловна, добрый вечер! Какой чудесный сегодня вечер, не правда ли? – я старалась, чтобы голос звучал непринужденно.

— И вправду хорош, – улыбнулась она, поправляя шляпку. – Как вы себя чувствуете, дорогая? Не скучаете в одиночестве?

— Гораздо лучше, благодарю вас. Знаете… – я замялась, подбирая слова. – Мне очень нужна ваша помощь, – выпалила я и опустила глаза, якобы мне стыдно, неудобно и вообще не комильфо говорить об этом.

— Конечно, чем смогу, помогу, – в её глазах мелькнуло любопытство.

— Видите ли… – я понизила голос, словно делясь секретом. – Мы с отцом… мы всегда собирали травы, готовили отвары. У меня остались все его рецепты: самые простые, проверенные временем средства.

Анна Павловна внимательно слушала, чуть наклонив голову, и кивала, мол, так оно и есть.

— Я подумала… может быть, вы могли бы направлять ко мне людей? Тех, кому нужна помощь. Ничего серьезного – простуда, ушибы, что-то совсем легкое, – я помолчала секунду и решилась: – Дело в том, что денег почти не осталось. Нужно как-то жить дальше, а я… я смогу снова делать эти рецепты. Пару раз, и для меня это станет привычным. Надо же как-то жить дальше.

Анна Павловна задумчиво постукивала пальцами по ограде.