Книга Арабелла, страница 97 – Джорджетт Хейер

— Я начала рассказывать вам о приеме у королевы, – сменила тему Арабелла. – Как же любезно принцесса Мария улыбнулась мне! На ней был самый величественный туалет из всех, что я когда-либо видела. Леди Бридлингтон говорит, что, когда принцесса была молода, ее считали самой красивой из всех принцесс. Думаю, она выглядела очень доброй женщиной.

Мистер Бюмарис с этим согласился, никак не выразив своего удовольствия от столь невинного описания самой почитаемой сестры регента. Мисс Тэллант снова очаровала его одной из своих неконтролируемых вспышек наивности. Теперь Арабелла принялась описывать элегантное приглашение с позолоченными краями, которое сегодня прибыло в дом на Парк-стрит. В приглашении сам главный управляющий двором короля сообщал леди Бридлингтон, что его королевское величество принц регент приказал ему пригласить ее и мисс Тэллант на прием в Карлтон-Хаус, который состоится в следующий четверг и где им выпадет честь увидеть (дальше большими буквами) ЕЕ ВЕЛИЧЕСТВО КОРОЛЕВУ. Мистер Бюмарис сказал, что будет в Карлтон-Хаус и постарается ее там отыскать. Он воздержался от комментария, что приемы у регента со всех их величественностью, которая была не по вкусу таким арбитрам настоящей элегантности, как он сам, были одними из самых скучных в городе и что он сам был свидетелем такой вульгарности, как фонтан посреди обеденного стола.

Мистер Бюмарис отнесся к чувствам Арабеллы с гораздо большим пониманием, чем Бертрам, появившийся на Парк-стрит на следующий день после обеда. Леди Бридлингтон, как обычно, пошла к себе спальню, чтобы восстановить силы перед вечером, который им с крестницей предстояло провести как минимум на четырех приемах подряд. Поэтому Арабелле выпал шанс пообщаться с ее любимым братом тет-а-тет. Он любезно признал, что очень рад, что Арабеллу пригласили в Карлтон-Хаус. Однако там будут присутствовать огромное количество светских модников, и поэтому сам Бертрам предпочел бы провести вечер в месте попроще. Затем он попросил сестру уволить его от описания платья, которое она собиралась надеть. Арабелла поняла, что ему были не особо интересны ее светские победы, и выразила готовность выслушать рассказ о том, как проводит время он сам. Бертрам повел себя немного уклончиво, отвечая на вопросы сестры лишь в общих словах. Его опыт общения с женщинами не вызывал надежд, что даже самая любящая сестра одобрит такие развлечения, как посещение клуба «У Крибба», где Бертрам подержал знаменитый серебряный кубок чемпиона, который чемпион получил несколькими годами ранее, после победы в своем последнем бою, против черного боксера Молинекса, или посиделок в клубе «У Даффи» в компании молодых боксеров, ветеранов ринга, подающих надежды новичков, среди портретов чемпионов, одни имена которых приводили Бертрама в священный трепет, или появление в знаменитом Салуне на Ковент-Гарден, где бесстыдные, томные взгляды киприоток^[16], которые выходили сюда на охоту, шокировали и ужасали Бертрама. Не рассказал он и о своем новом знакомом, с которым они встретились на Таттерсолле в то утро. Бертрам с первого взгляда понял, что мистер Джек Карнаби человек что надо, а судя по одежке и манерам, он вообще был практически тюльпаном моды, но что-то подсказывало мистеру Тэлланту, что Арабелла с ужасом воспримет известие о том, что под покровительством этого человека Бертрам собирается посетить один маленький уютный игорный дом. Было бы бесполезно объяснять Арабелле, что он идет туда просто из любопытства, а не для того, чтобы проматывать свой выигрыш в лотерею. Даже опытный мистер Скантгорп покачал головой, услышав о планах Бертрама, и предупредил его о том, что там действует целая шайка шулеров. Феликс также добавил, что его дядя, являющийся главным опекуном, всегда говорил, что от карт лучше держаться подальше. Мистер Скантгорп признался, что на собственной шкуре убедился в верности этого великолепного утверждения, но так как, по его собственным словам, пятен на репутации мистера Карнаби не было, то Бертрам не прислушался к советам друга. Мистер Карнаби привел мистера Тэлланта к ничем не приметному дому на Пэлл-Мэлл. Мистер Карнаби особым образом постучал в дверь, и в ней открылось окошко. Внимательно изучив мистера Тэлланта и мистера Карнаби через решетку, дворецкий наконец впустил гостей. Едва попав внутрь, Бертрам обомлел от изумления. Он никак не ожидал, что игорный дом будет выглядеть так благопристойно. Все слуги были очень обходительны, а хозяин и вовсе оказался сама любезность.