Книга Арабелла, страница 136 – Джорджетт Хейер

Улисс своим острым обонянием унюхал куриные потроха, искусно скрытые в центре тарелки, и поэтому смог ответить на замечание хозяина лишь коротким взмахом хвоста, а на последующий вопрос мистера Бюмариса о том, что происходит, пес вообще ничего не ответил. Мистер Бюмарис отодвинул остатки завтрака (этот жест мог бы сильно задеть мастера в кухне) и подозвал камердинера, который только что вошел в комнату.

— Приготовьте мне костюм! – приказал мистер Бюмарис.

— Уже сделано, сэр, – с гордостью ответил Пайнсвик. – Правда, мне нужно кое о чем вам рассказать.

— Не сейчас, – отмахнулся мистер Бюмарис. Он все еще не отрывал глаз от мучительно-непонятного послания мисс Тэллант.

Пайнсвик поклонился и вышел. По его собственной оценке, то, что он хотел рассказать, не было достаточно важным, чтобы отрывать хозяина от его занятия. Пайнсвик не стал ничего рассказывать и когда мистер Бюмарис поднялся к себе, чтобы переодеться в голубой сюртук, желтые панталоны, белоснежный жилет и сверкающие ботфорты, блеск которых поражал всех столичных модников. Когда Пайнсвик узнал, что в небрежно упакованном дорожном чемодане мистера Бюмариса недоставало рубашки, в его душе поселилась печаль. Но он не стал говорить об этом, ограничившись лишь горькими замечаниями в адрес безнравственности гостиничных служащих и порочности некоего неизвестного коридорного, который опустился до того, что почистил старую пару ботфортов мистера Бюмариса дешевой ваксой, пригодной для чистки обуви разве что провинциальных помещиков. Конечно же, камердинер прекрасно понимал, что мистер Бюмарис, скрупулезно повязывая шейный платок и чистя свои ухоженные ногти, совсем его не слушал. Но все же, выговорившись, мистер Пайнсвик почувствовал некоторое облегчение.

Оставив камердинера восстанавливать свой испорченный гардероб, а верного обожателя отсыпаться после колоссального завтрака, мистер Бюмарис покинул дом и пешком отправился на Парк-стрит. Здесь ему сообщили, что милорд, миледи и мисс Тэллант отправились на ландо в Британский музей, где сейчас в деревянной пристройке демонстрировались принадлежавшие лорду Элджину изрядно побитые мраморные скульптуры. Мистер Бюмарис поблагодарил дворецкого за эту исчерпывающую информацию, остановил проезжавший мимо кеб и приказал кучеру ехать на Грейт-Рассел-стрит.

Когда мистер Бюмарис увидел мисс Тэллант, она без особого интереса рассматривала рельеф из храма Ники Аптерос, слушая лекцию лорда Бридлингтона, который чувствовал себя в своей стихии. Мистер Бюмарис направился к ним. Его высокую грациозную фигуру первой заметила леди Бридлингтон. Дело в том, что леди Бридлингтон, конечно же, уже видела коллекцию античного искусства лорда Элджина у него дома на Парк-Лейн, а потом еще раз, когда ее перевезли в Берлингтон-Хаус, и ей было совершенно не обязательно рассматривать ее в третий раз. Поэтому она занималась тем, что смотрела по сторонам в надежде увидеть кого-нибудь из своих знакомых, кто также решил в это утро сходить в Британский музей.

— Мистер Бюмарис! – радостно воскликнула она. – Какое совпадение! Как вы поживаете? Почему вас вчера не было у Киркмишелей на венецианском завтраке? Был такой милый прием! Я уверена, что вам бы там понравилось. Вы можете себе представить, там собралось шестьсот гостей.