Книга Тени прошлого, страница 92 – Джорджетт Хейер

Выслушав ее странную историю в изложении своего мужа, она пришла в негодование. Она встала перед Леони, подперев бока руками, и строго заговорила:

— Вы задумали очень дурное дело, мадемуазель! Должна вам сказать, что мы… – Тут она оборвала свой выговор и подошла к Леони. – Нет-нет, моя маленькая! Не надо плакать. Успокойтесь, моя лапочка! Все обойдется – уж поверьте мадам Марте.

Она прижала Леони к своей пышной груди, и через несколько минут оттуда донесся придушенный голос:

— Я и не плачу!

Мадам затряслась от смеха.

— Не плачу! – Леони выпрямилась. – Но мне очень грустно и хочется, чтобы с нами был монсеньор. Потому что тот человек нас обязательно найдет, а Руперт слишком болен, чтобы оказать ему сопротивление.

— Это правда, что в этом деле замешан герцог?

— Конечно, правда! – негодующе воскликнула Леони. – Я никогда не лгу!

— Английский герцог? Ну и ну! Все эти англичане – бешеные люди. А ты сама – француженка, мой цветочек?

— Да, – ответила Леони, – но я так устала, что не в силах вам все рассказать.

— Какая же я дура! – рассердилась мадам. – Тебе нужно выпить горячего бульона, съесть куриное крылышко и лечь спать. Ты согласна, мой ангел?

— Да, есть очень хочется, – ответила Леони. – Но я боюсь, что милорд Руперт умрет.

— Глупенькая! – сердито произнесла мадам. – Говорю ж тебе, что с ним не случилось ничего страшного: потерял немного крови и ослабел – только и всего. А вот ты с ног валишься от усталости. Пошли со мной.

Вскоре Леони, измученная переживаниями последних часов, была накормлена, уложена в чистую постель, успокоена и оставлена одна.

Когда она проснулась, в окна струились солнечные лучи, и с улицы доносились звуки дневной суеты. В дверях, улыбаясь, стояла хозяйка.

Леони села и протерла глаза.

— Ой! Уже утро! Неужели я так долго спала?

— Уже девять часов, соня. Ну как ты себя чувствуешь – лучше?

— Очень хорошо, – улыбнулась Леони и откинула одеяло. – А как Руперт? Доктор был?

— Я ж тебе говорила, что рана у него пустяковая. Доктор приезжал, когда ты спала, моя конфетка, и в одну минуту извлек пулю. Так что все, слава Богу, благополучно. Милорд лежит в постели и требует поесть. А также хочет видеть тебя. – Мадам усмехнулась. – Я принесла ему бульон, так он сдернул с головы парик и закричал, чтобы ему дали полусырой бифштекс, какие они едят в Англии. Иди к нему быстрей, моя дорогая.

Двадцать минут спустя Леони вбежала в комнату Руперта и увидела, что раненый герой сидит в постели, подпертый подушками, немного бледный, но в общем такой же, как и всегда. Он с отвращением ел бульон, который принесла ему мадам. При виде Леони его лицо посветлело.

— Привет, сорвиголова. Где это мы?

Леони покачала головой.

— Я не знаю, – призналась она. – Но это – очень добрые люди, правда?

— Чертовски добрые, – согласился Руперт, потом скорчил рожу. – Эта толстуха не хочет давать мне порядочной еды, а я жутко голоден. Кажется, съел бы целого быка, а она принесла мне вот что.

— Ешь бульон, – скомандовала Леони. – Он тебе принесет пользу, а вот мясо не принесет. О, Руперт, я боялась, что ты умрешь.

— Черта с два, – весело отозвался Руперт. – Но ослаб, как дохлая крыса. И хоть убей, не знаю, что все это значит. Что с тобой случилось? Почему, дьявол бы его подрал, этот Сен-Вир тебя похитил?