Книга Река – костяные берега, страница 53 – Полина Луговцова

В центре огибающего квадратную корму борта над лопастями двигателя белела надпись «Речной-9», а над ней значились цифры «0-003007». Отсюда хорошо просматривалась высоко поднятая над палубой кабина капитанской рубки, абсолютно пустая. Забраться на судно не составило труда: по периметру ватерлинии висели черные резиновые круги, похожие на огромные автомобильные покрышки. Уцепившись за одну из них, Борис легко перемахнул через низкий борт, но наступил на что-то гладкое и округлое, с грохотом вылетевшее из-под ног. Оказалось, каска – вроде строительной, только не оранжевая, а белая. Наверное, на грузовых судах положено носить такие. «Странно, что она валяется тут, – подумал он, поднимая ее и с интересом разглядывая. – Обычно на флоте строго следят за порядком. Ни один уважающий свое судно капитан не позволил бы команде разбрасывать по палубе свои вещи. Хотя… Конечно! Здесь явно похозяйничали посторонние – наверное, те самые, что сейчас ворочают бревна на барже». Эту мысль подтвердила следующая находка: чуть поодаль, в окружении стеклянных осколков, валялся большой бинокль. Наверное, с выбитыми стеклами он утратил ценность для охотников за чужим добром, и они его бросили. «Легко ли выбить стекла у такого бинокля? – возникла мысль, когда Борис оценил толщину острых зазубрин, торчащих из металлических окуляров – остатков линз. – Наверняка его не просто уронили, а швырнули что есть сил или ударили обо что-то – например, о каску … Но зачем?» И уже потом взгляд выхватил на одном из осколков, валявшихся под ногами, крошечное пятнышко крови: не больше, чем обычно остается от сытого раздавленного комара. Только вот не время еще было для комаров: слишком уж холодно. «Кто-то порезался просто, – подумал Борис, на самом деле подозревая нечто похуже. – Да нет, если бы драка или убийство, одной каплей точно бы не обошлось». Но попытка успокоить себя провалилась в тот момент, когда на глаза ему неожиданно попался… человеческий зуб. Чей-то крупный верхний резец, сломанный под самый корень, желтел среди осколков. Потрясенно выдохнув, Борис присел и склонился над неприятной находкой, еще надеясь, что ему показалось, но воображение уже рисовало возможные картины произошедшего: «Вряд ли драка возникла между членами команды. Скорее, на них напали местные, желающие прибрать к рукам их имущество, а, может, и весь буксир. С какой силой надо ударить человека, чтобы сломать ему с виду здоровый зуб?! Может ли от удара массивным биноклем сломаться черепная кость? Вряд ли, если голова защищена металлической каской. Но в том-то и дело, что каска валяется на полу… А тел нигде не видно… Может, они живы, просто…» – Мысли скакали в голове, как потревоженные кузнечики, и, наверное, это продолжалось бы еще долго, но… Борис, скованный оцепенением, все смотрел на зуб и даже не пытался подумать о том, что будет делать дальше, как вдруг перед глазами все расплылось, а затем резко потемнело в тот миг, когда в его затылок врезалось что-то тяжелое.

Сознание вернулось в сопровождении дикой головной боли. «Хорошо, что дурацкий сон закончился, – подумал Борис, собираясь встать и отправиться на поиски обезболивающих таблеток, но, к своему ужасу, не смог пошевелиться, обнаружив, что связан по рукам и ногам. Одновременно с этим открыв глаза, он перепугался еще больше, решив, что ослеп: темнота перед глазами никуда не исчезла. И только потом он обратил внимание на странные запахи и ощущение грубой колючей ткани на своем лице, сообразив, что это не одеяло. Сильно пахло сырой рыбой, – гораздо сильнее, чем на реке. И стало ясно, что сон продолжается. А еще хотелось чихать от набившейся в нос пыли и щекочущих ноздри жестких ворсинок, торчащих из покрывающей его лицо материи. Под ним тоже было что-то колючее, вроде подстилки из сена. Борис напрягся, пытаясь растянуть связывающие его путы, но те не поддались.