Книга Река – костяные берега, страница 162 – Полина Луговцова

И только когда вдали выросла бетонная громада родного города, Борис осознал, что все злоключения позади, вскочил и рухнул в обморок от внезапно навалившейся слабости, словно его мозг переключился из режима выживания в повседневный и дал телу команду «отбой». Правда, в тот момент он этого не понял, просто в глазах резко потемнело.

А очнулся в больничной палате. Как только открыл глаза, над ним склонилось заплаканное и улыбающееся лицо Лады Николаевны. Она была его мачехой, но он никогда ее так не называл. «Мама» тоже не прижилось. Она сама сказала, что не надо, почувствовав, что это дается ему с трудом. В палате был и отец. Борис выложил всю историю от начала и до конца – она получилось не очень длинной, потому что он предпочел многое умолчать: о ведьме и загаданных желаниях, о рыбах-монстрах, о человеке-крысе, о беседах со Звонарем, и, конечно, о странных снах, которые он принимал за возвращения домой. Вспомнив, что в последнем из них погиб Сашка, Борис попросил дать ему телефон и позвонил другу. Тот оказался вполне здоров и восторженно орал в трубку, радуясь его «воскрешению», а потом примчался в больницу с огромным мешком, набитым едой, который медсестра тут же отобрала, сообщив, что Борису назначено специальное восстановительное питание после длительного голодания, поэтому копченую колбасу и мандарины ему есть ни в коем случае нельзя.

Оказалось, пока они с Сашкой болтали и Борис снова рассказывал о своих приключениях, за дверью ждала Маша. Она появилась сразу, как только друг ушел. Борис улыбнулся, увидев в ее руках пакет с апельсинами, подумав, что медсестра будет довольна. Маша не улыбнулась в ответ. Сухо спросила: «Ты как?» Но Борис знал, что на самом деле она хотела спросить совсем другое, потому что этот вопрос она могла задать и при Сашке.

Борис повторил ей свои слова, произнесенные в последнем сне над трупом друга. Она ничего не ответила и ушла, но ему показалось, что она поверила.

Вернувшись домой спустя несколько дней восстановительной терапии, Борис выяснил, в каком состоянии находится его брокерский счет, с облегчением обнаружив там ту же сумму, которую внес при открытии – страшного убытка не было, потому что в последнюю неделю цена акций изменялась в нужную ему сторону. И хотя прибыли это не принесло, но Борис готов был прыгать от радости, что остался при своих. В тот же день он закрыл все позиции и вывел деньги со счета на банковскую карту. Теперь можно было купить квартиру и заплатить за учебу в универе, как он и обещал родителям еще полгода назад. Правда, новенький внедорожник марки «БМВ» придется продать и погасить кредит за него – на приобретение дорогого автомобиля денег уже не хватало. Но он теперь и не был ему нужен: ведь купить его Борис хотел только для того, чтобы привлечь внимание Леры. Сейчас он даже понять не мог, почему готов был разбиться в лепешку, угождая ей. Он был совершенно уверен, что никогда ее не любил.

А Маше не нужна была машина, ей больше нравилось гулять пешком. Они снова бродили по городу вместе и болтали о всякой всячине. Правда, о любви речь пока не шла, Борис ее не торопил, и она не вспоминала о его признании, сделанном в больничной палате. Но порой в ее взгляде угадывалось ответное чувство, и Борис был уверен, что скоро она ему об этом скажет.