Книга Река – костяные берега, страница 158 – Полина Луговцова

Борис едва успел вздохнуть с облегчением, радуясь, что избавился от неприятной ноши, как вдруг кто-то налетел на него, обхватив руками за шею и обдав ароматом хвои и молодой травы. Услышав радостный смех, он не поверил ушам – этого никак не могло быть на самом деле! И снова закрался страх, что все происходящее окажется сном – ведь неизвестно, какая реальность ожидает его на этот раз.

Это была Маша. Она обнимала его и смеялась сквозь слезы. Бормотала что-то своим волшебным голосом. Потом поцеловала в щеку. Борис стоял, как истукан, и молчал, не веря в происходящее. «Все думали, что ты утонул!» – прошептала она, всхлипывая, и тогда он понял, что Маша – настоящая.

Успокоившись, она начала рассказывать о том, как не верила в его гибель и вместо того, чтобы улететь с матерью в Швецию, отправилась в речной порт, где угнала моторку у какого-то рыбака, но на этом месте замолчала, услышав громкие крики. Людей снова что-то взбудоражило, и на этот раз их голоса звучали не гневно, а тревожно.

— Ползут! Ползут! Смотрите!

Борис сразу понял, о чем идет речь, и посмотрел вдаль, куда устремились все взгляды.

Показалось, что земля перед горой вздымается и перекатывается хаотичными волнами, будто превратилась в жидкое черное тесто. Но все знали, что это обман зрения и, если присмотреться, можно увидеть отдельные змеевидные тела, наползающие друг на друга, острые морды, мутные глаза на них и разинутые пасти, полные желтоватых острых зубов. Угри не вернулись в реку! Они покинули горящее село и, возможно, шли к горе под прикрытием высокого берега, двигаясь по запаху к тому месту, где собралась их не пойманная добыча. Несколько особенно резвых особей уже ползли вверх по склону. Борис проследил взглядом за движением рыбьего потока: у подножия тот разбивался надвое, огибая гору вокруг. Возгласы людей «Они повсюду!» подтвердили его опасения: хитрые твари окружили их, отрезав пути к отступлению. «Еще полчаса максимум, учитывая скорость их движения и прожорливость, – и в Кудыкиной горе прибавится немало костей!» – подумал Борис с ужасом, а Маша потрясенно вымолвила:

— Что ж это такое?! Хоть фильм ужасов снимай! Гиблое местечко!

Мощный удар колокола с гулом прокатился над горой, отвлекая всех от жуткого зрелища. Люди оборачивались, выражение на их лицах менялось с тревожного на благостное, кто-то начал креститься. Во взглядах вспыхнула надежда: вот сейчас, как и раньше, зазвонит колокол и прогонит прочь все недоброе, нечистое и неправильное. Пробудятся уснувшие светлые боги и спасут всех от страшной погибели.

Звонарь стоял под колокольной чашей, держа в руках веревку, прикрепленную к колокольному языку, и… Борис присмотрелся к его лицу, сомневаясь в том, что все правильно понял. Раздался еще один неуверенный удар, потом еще, совсем слабый… Звонарь отпустил веревку, упал на колени и обхватил голову руками. Его могучие плечи сотрясались от беззвучных рыданий. Борис не ошибся: Звонарь плакал.

Никто не понял, что случилось, кроме Двузубовой: она вдруг пронзительно захохотала. Старуха сидела рядом со звонницей на тряпичном узле с чьим-то скарбом и сучила ногами, надрываясь от смеха. Кто-то прикрикнул на нее:

— Чему радуешься, дура?!

— Чему быть, того не миновать! Чему быть, того не миновать! – протараторила она скороговоркой и снова зашлась истеричным хохотом. А потом, внезапно прекратив смеяться, отрывисто выкрикнула: – Так… вам… и надо!