Книга Кровь и Белые хризантемы, страница 41 – Ольга ХЕ

И тогда, прежде чем надеть верхнюю юбку, Вайолет взяла из своей коробки тонкую лиловую ленту — ту самую, что когда-то перехватывала её волосы на Церемонии Измерения.

— Оберни это вокруг моей талии, под платьем, — тихо приказала она служанке.

Девушка удивленно взглянула на нее, но послушалась. Шелковистая, прохладная лента легла на кожу, скрытая плотной черной тканью. Тихий, скрытый протест. Маленький кусочек себя, который она отказывалась отдавать. Только она знала, что он там есть.

Дорога на лекцию по Политическим кровным линиям стала её первым испытанием. Войдя в аудиторию, она ощутила, как гул голосов на мгновение стихает, а десятки глаз впиваются в неё. Она прошла на своё место на последней парте с безупречно прямой спиной, чувствуя, как шелк платья шепчет при каждом движении. Преподаватель, магистр Элвис, кивнул ей с обычной рассеянной вежливостью, но его взгляд на секунду задержался на новом наряде, и в его глазах мелькнуло одобрение. Лекция о династических браках как инструменте укрепления мощи дома звучала сегодня особенно зловеще и иронично.

На практикуме по гематургии её «соседи» по лабораторному столу — двое студентов из дома Ворона — демонстративно отодвинули свои приборы, стараясь не коснуться её рукава. Она делала вид, что не замечает, сосредоточившись на том, чтобы заставить свою каплю крови хоть немного сдвинуться с места под взглядом строгого магистра. Сегодня это удалось чуть лучше — розоватый свет был чуть ярче, а дрожащее движение — чуть увереннее.

Обед в столовой проходил в напряженной тишине, нарушаемой лишь звоном приборов и приглушенными перешептываниями, которые затихали, когда она проходила мимо. Вайолет ела, не поднимая глаз, стараясь дышать ровно, как учила мадам Изольда. Вы — знамя. Ваша внешность — это инструмент.

После занятий, когда она направлялась в библиотеку, её путь преградили. Не случайная толпа. Целенаправленно, изящно и смертельно опасно.

Офелия из дома Ястреба стояла в центре галереи, окруженная своей свитой. Она была воплощением холодной, отточенной красоты, которую не могла затмить даже алая роза в её руке. Её платье — сложное произведение искусства из серебристо-серого шелка с вышитыми ястребами — было немым вызовом, демонстрацией того, каковой должна быть невеста наследника.

— Ах, если это не наша восходящая звезда, — голос Офелии был сладок, как испорченный мёд. Она сделала шаг навстречу, заставляя Вайолет остановиться. — Леди Вайолет. Новый наряд? Мило. Прямо как у вороны. Или это траур по твоей былой репутации? — Она притворно наклонила голову, и её свита сдержанно захихикала.

Вайолет чувствовала, как по спине бегут мурашки. Она вспомнила его слова: «Ты ведёшь себя как дура! Ты могла пострадать!» Он не придет. Он не защитит её. Здесь и сейчас она была одна.

— Леди Офелия, — её собственный голос прозвучал тише, чем ей хотелось, но достаточно твёрдо. — Благодарю за внимание к моему гардеробу. Я учту ваше мнение, когда буду выбирать одежду для официальных приёмов дома Грифонов. Ваш вкус, несомненно,… интересен.

Офелию на мгновение сбило с толку это спокойствие. Её глаза сузились.

— О, не стоит благодарности. Просто… жаль смотреть, как древний род снижает свои стандарты. Вы ведь понимаете, что это всего лишь сделка? Милость, оказанная из жалости твоему угасшему дому? Не стоит обольщаться и думать, что ты стала своей.