Книга Путь отмщения, страница 114 – Эрин Боумен

Бандит внезапно распахивает глаза, выбрасывает вперед руки, хватает меня за горло и начинает душить. От неожиданности я роняю револьвер на землю.

— Томпкинс, — хрипит раненый.

Я вслепую шарю руками по полу пещеры, но не могу нащупать свой кольт. Тогда, вцепившись скрюченными пальцами в руки бандита, я пытаюсь оторвать его от себя. Он еле жив, и борьба длится недолго. К тому времени, как Джесси слышит мой кашель и врывается в пещеру, мне уже удается освободиться.

— Томпкинс, — повторяет бандит, но смотрит теперь на Джесси. — Он собирается ее убить.

— Как и тебя? — спрашивает Джесси.

Подручный Роуза хрипло смеется, в горле у него булькает. Кажется, он захлебывается собственной кровью. Он уже наполовину мертв.

— У Роуза был план… С самого начала. Он получил золото… а дальше придет за Томпкинс. Как пришел за мной. За всеми нами. — Он начинает задыхаться. — Уэйлан всех убьет. Отправит каждого прямо к Господу Богу с розой на лбу, а сам при этом будет насвистывать. — Бандит смотрит на Джесси в упор. — Как насвистывал, когда вешал твоего брата.

Джесси пинает его в бок. Бандит воет от боли, и не успеваю я глазом моргнуть, как Джесси выхватывает ремингтон и приставляет ублюдку к виску.

— Нет! — кричу я, бросаясь на него и отталкивая руку с револьвером. — Шахта совсем рядом. Если мы слышим звон кирки, то уж твой выстрел Роуз услышит точно, даже не сомневайся. Да и вообще, с этим парнем уже покончено. Он все равно долго не протянет.

У Джесси на шее вздуваются жилы, он тяжело сглатывает. И после недолгого раздумья убирает револьвер в кобуру. Когда Джесси встает, его рука небрежно болтается вдоль тела, не касаясь оружия, но это уловка, всего лишь игра. Я замечала такое у гремучих змей: легкое небрежное покачивание перед убийственным броском.

— Идем, Кэти, — говорит Джесси. — Пора кончать с Роузом.

Удары кирки звенят, точно бой колокола.

Мы ищем и находим тропу: по следам ботинок в пыли, по примятым кустикам полыни, на которые неосторожно наступили. Интересно, долго ли Роуз заставлял последнего своего подручного копать золото, прежде чем решил, что обойдется без лишней пары рук, и бросил парня подыхать в пещере?

Впереди, чуть левее, я замечаю дерево пало-верде, которое па описывал в дневнике. На него не обратишь внимания, если не знать, что это ориентир. Кора и вправду наполовину содрана, а ствол изогнут под странным углом; ветви тянутся поверх скалы в одном направлении, указывая на каменистый обрыв, куда мы и взбираемся.

Я показываю на дерево Джесси, но он никак не реагирует, даже если опознал подсказку. Он вот-вот взорвется, потому что бикфордов шнур его гнева дотлел почти до запала.

Мы карабкаемся по скалистому склону, ориентируясь на звон кирки, нарушающий тишину гор. Пот катится у меня но спине и между грудей. Пульс резко участился, кровь шумит в ушах, но я не останавливаюсь. Даже после того, как кирка смолкает.

Подтянувшись, мы залезаем на широкий плоский валун и наконец оказываемся на относительно ровном месте. Я оглядываюсь вниз, на пройденный путь, и вижу тропу, вьющуюся по ущелью, а вдали гордо возвышается Игла Ткача.

Но перед нами…

Прямо перед нами, за густыми зарослями горных колючек и острыми обломками камней, наваленных кучами высотой почти до пояса, находится рудник. Мы с Джесси приближаемся и заглядываем внутрь шахты. Это глубокая яма в виде воронки, огороженная опалубкой из досок, чтобы было во что упереться руками и ногами. Джесси берет камень и кидает вниз, но тот, похоже, падает на ступеньки вырубленной в породе лестницы, несколько раз подпрыгивает с громким стуком и затихает. Невозможно определить, насколько глубока шахта.