Книга В клетке у зверя, страница 32 – Анна Юта

Просыпаюсь внезапно от звука ключа в замке. Судя по небу за окном, часов пять вечера. Похоже, я в какой-то момент просто уснула. Нервная система ушла на перезагрузку. Вспоминаю, что я тут делаю, и к горлу подкатывает новый ком страха и жалости к себе.

Дверь открывается, и на пороге показывается Светлана. Заносит в комнату пластиковую бутылку воды и ставит на тумбочку. Без слов уходит. Порывисто скручиваю крышку и жадно присасываюсь к горлышку — оказывается, меня мучает жажда.

На этот раз ключ в замке не шуршит, а значит… едва я успеваю додумать эту мысль, дверь снова открывается, и входит Волжский, который Вадим. Свирепо смотрит на меня.

— Вижу, ты пришла в себя, — проходит в комнату и бросает мой телефон на кровать. — Итак. Ты жить хочешь?

Он по-хозяйски садится на край кровати, а я подбираюсь, заползаю на подушки подальше от него. Душа уходит в пятки от такого вопроса. Язык немеет.

— Это простой вопрос, Валерия, — продолжает Волжский. — Ответь, ты жить хочешь?

— Хочу, — все-таки заставляю себя сказать. Голос хриплый, будто прокуренный.

— Тогда я расскажу, как все будет дальше, — ни один мускул на его красивом лице не вздрагивает, полная холодность и абсолютное безразличие. — Я не прощаю своих врагов. Я их уничтожаю. Ты в их числе.

От его спокойной речи, от невозмутимости, с которой он говорит про убийство людей, меня передергивает. Веду плечами, обхватываю локти ладонями, он замечает это.

— И если хочешь жить, будешь делать все, что я скажу. Абсолютно все, — к концу фразы его голос твердеет, появляется знакомый нажим. — Поняла меня?

— По-поняла, — выдавливаю, борясь с приступом тошноты.

В голове уже мелькают образы борделя, тюрьмы, канавы, куда он потом скинет мое тело. Отчаяние снова затапливает душу. Я доигралась. Нечего купаться с акулами, когда не умеешь плавать. Итог — тебя неминуемо сожрут.

— Что я сказал, повтори! — повышает голос Волжский. Похоже, в глазах у меня никакой осмысленности.

— Делать что прикажете, все, что прикажете, — повторяю безжизненным эхом.

— Тогда вот тебе первая задача, — он вынимает мой телефон и разбудив экран, кладет на кровать. — Тебе несколько раз звонили, пока ты дремала. Перезвони. По громкой связи.

По позвоночнику спускается озноб. Звонил наверняка Олег. Как обычно с какого-то неизвестного номера. Я их даже не сохраняю. Каждый раз новый. А Вадим требует по громкой связи разговаривать. Что брякнет Олег — одному Богу известно. Но Вадим смотрит на меня с таким нетерпением в глазах, что возражать я не решаюсь.

Набираю последний пропущенный. Гудки раздаются на всю комнату, режут по ушам. Сердце стучит в пищеводе, а ладони потеют.

— Ну наконец-то! — рявкает Олег в трубку гудок на десятый. — Ты там с Волжским кувыркалась что ли?

По внутренностям лавой разливается стыд. Щеки теплеют.

— Нет, просто была занята, — сглотнув, отвечаю как можно обычнее.

— Нашла тайник? — продолжает меня закапывать Олег.

Бросаю взгляд на Волжского — качает головой.

— Пока нет, ищу, — произношу твердо.

— Активнее ищи, слышишь? — грубо требует он. — Тебе туда ездить от силы пару недель осталось. И трахни уже Волжского, да так, чтобы он тебя у себя поселил на правах постоянной любовницы. Когда найдешь тайник, дам тебе новую задачу.

Мне хочется под землю провалиться от этих слов. Но стыд — мелочь по сравнению с подавленностью. Олег с живой не слезет, пока не дождется, что братья Волжские меня прикончат.