Книга В клетке у зверя, страница 29 – Анна Юта

А мне и ответить нечего, кроме как «всем». Если трезво оценивать Вадима Волжского, он очень красивый, безумно богатый, очаровательный, обольстительный мужчина с недюжинной харизмой.

— Он… красивый… — слова застревают комом в горле, но это, кажется, единственный способ потянуть время. — Сексуальный, мужественный. А ещё обаятельный…

— Кончай прикидываться! — Тоха дергает меня за волосы, точно пытаясь встряхнуть. — Ты видела его пару раз в жизни. И прямо с первого взгляда влюбилась?

— Тох, оставь девочку, — со стороны лестницы доносится знакомый голос. Хочется облегченно выдохнуть, но я знаю, что Волжский не спасать меня пришел.

— Ты привел в дом крысу, брат! — рычит Тоха, но прячет пистолет в кобуру на поясе. — Она у тебя в кабинете шарилась!

Я ни жива ни мертва смотрю то на одного, то на другого. Вадим спокоен, Тоха на взводе, но спокойствие первого внушает мне ещё больший страх, чем вспыльчивость второго. У Вадима сейчас такое лицо, точно он собирается не уничтожить меня, а методично уничтожать.

— Я знаю, Тох. По камерам все видел, — мрачно выговаривает он и с расстановкой добавляет: — Я тебе сказал. Оставь. Девочку. В покое!. Я сам с ней разберусь.

Тоха отходит в сторону подпуская ко мне своего брата.

Вадим подходит и опускается рядом со мной на корточки. Наши глаза оказываются на одном уровне. В его я снова вижу лед, а точнее, холодную ярость.

— Валерия, — произносит он с озабоченностью обеспокоенного родителя в голосе. — долго беседовать не будем. Либо выкладываешь на чистоту сразу здесь, или Виктор заберет тебя в другое менее милосердное место. Ты и там все расскажешь, но оттуда живой не выйдешь.

Холодность, с которой он это говорит, не оставляет места сомнениям. Да и Виктор, стоящий тут же рядом с видом сторожевого пса, готового на меня накинуться по первой же команде, пугает до тошноты. Страшнее, чем Тоха с пистолетом и угрозами. Страшно, потому что этому веришь.

Слезы ручьём льются по щекам. Нос заложен.

— Я не… — заикаюсь, не могу продолжить.

— Последний шанс, Валерия, — тихо и строго произносит Волжский.

— Что рассказывать? — взмаливаюсь, потому что формулировка «выкладывай на чистоту» слишком пространная.

— Время истекло, — Волжский поднимается на ноги, кивает на меня своему Виктору и собирается уходить.

А Виктор вынимает перочинный нож. Логически я понимаю, что, скорее всего, чтобы перерезать пластиковый хомут, который держит меня у батареи, но сердце беснуется в истерике, а в мозгу дикой сиреной ревет опасность.

— Пожалуйста, нет! — кричу Вадиму в спину срывающимся голосом. — Я не сама… Я не виновата! Меня заставили!

Он на секунду замирает и все-таки поворачивается. Жестом останавливает Виктора.

— С этого момента подробнее, Валерия.

К счастью, я успел спуститься в подвал до того, как Тоха покалечил Валерию. Для него это нормальное ведение дел, для меня… я не люблю крови в доме. Для таких вещей существуют загородные склады, где на километры нет ни одной души, а не дом в дорогущем коттеджном поселке.

Но Тоха успел приковать Валерию к батарее. Она уже зареванная, из глаз текут реки слез, красивые карие глаза покраснели и опухли, и в них ни грамма мыслей. Она в таком ужасе, что, похоже, вообще ничего не соображает.

Тоху отсюда надо убирать. По крайней мере, от Валерии точно. Хотя и я на неё буду действовать не менее подавляюще. Может, даже больше. Но по ней видно, что боль причинять не придется. Она так перепугана, что выложит все как на духу. Задятлит всю поляну.