Книга В клетке у зверя, страница 35 – Анна Юта

— Говори, — усаживаюсь в кресло напротив и наливаю виски в два толстодонных рокса.

Стоит мне отставить бутылку в сторону, Ханна хватает свой бокал и в два глотка выпивает все. Видать, очень нервничает.

— Амелия сбежала, — произносит срывающимся голосом. — Я была на встрече, а она сбежала. Парни не могут её найти. Вадим, сделай что-нибудь!

И снова заливается слезами. Трет кончик носа пальцами с красивым кроваво-красным маникюром.

Отпиваю виски и пока молчу. От Амелии и не такого можно ожидать. Наша девочка-бунтарка бунтует. Но ей семнадцать. Пора бы уже задумываться о будущем, а не строить из себя подростка с нестабильной психикой.

— Вадим, прошу тебя! — подвывает Ханна. — Она же девочка ещё совсем. Глупая. Ещё найдет себе приключений. Свяжется с отбросами какими-нибудь. А они её обокрадут, изнасилуют, убьют!

Ханна уже успела себя накрутить почти до истерики. А я не люблю, когда она плачет. Она хорошая светлая женщина и не должна так страдать.

Встаю и подхожу к ней. Поднимаю за локоть с кресла, обнимаю за плечи. Между нами никогда не было секса, она не возбуждает меня, но за столько лет я свыкся с ней, мы притерлись. Даже на расстоянии пришлось пройти через этот процесс, чтобы не ругаться, созваниваясь по видеосвязи.

— Успокойся, Ханна, я её найду, — заверяю бархатистым голосом, глажу жену по волосам. — Ты же знаешь, моя система распознавания лиц и софт по дорожным камерам помогут отыскать Амелию, куда бы она ни подалась. Я найду её.

— Ты правда сделаешь это? — Ханна вскидывает на меня полный неверящей надежды взгляд.

— Прекрати на меня так смотреть! Когда я отказывал тебе в помощи с Амелией? — спрашиваю тверже, чем прилично, но неуверенность Ханны меня бесит. — Я верну Амелию тебе, но до совершеннолетия она поживет у меня. Идет?

— Зачем у тебя? — голос дрожит от страха.

— Ты же понимаешь, что за побег Амелию надо наказать? — спрашиваю на полном серьезе, Ханна вроде осмысленно кивает. — У меня хватит ресурсов привести наказание в исполнение.

— Что ты собрался делать, Вадим? — испуганные нотки в голосе Ханны меня оскорбляют.

— Под домашний арест посажу, — отвечаю добродушно. — А что ты подумала?

— Да ничего, — она отвечает рассеянно. — Виктор твой страшный, пугает до дрожи.

— Он и должен пугать до дрожи, — парирую. — Иди в столовую, выпей чая, поешь стряпни Светы, успокойся и поезжай домой. К вечеру Амелия найдется.

Ханна соглашается, но не уходит. Хочет убедиться, что я правда буду искать Амелию? Да для этого мне надо сделать только один звонок!

Ох уж эта коза малолетняя! Ни дня без веселухи!

Звоню наемному директору своей софтовой компании.

— Миш, привет, надо мою дочь найти, — перехожу сразу к сути, он рапортует согласие. — Есть фотка? Да, возьми из инсты. Сегодня сбежала из дома, из Петергофа, — смотрю на Ханну, она одними губами говорит «в три дня». — Днем, в пятнадцать примерно. Проследи путь по дорожным камерам. Как найдешь, сразу Вите сообщи. Он за ней съездит.

Миша исполнительный мужик, сделает все в лучшем виде.

— Теперь спокойна? — спрашиваю у Ханны.

— Не Виктор, сам съезди, — строго просит она.

Киваю, и она наконец уходит из кабинета. А я вызываю Виктора. Надо узнать, что он нарыл по полковнику, который под меня копает.

— Ничего особого, — произносит Виктор, кладя передо мной отпечатанный лист с досье полковника Трифонова. — В связях с крупным бизнесом не замечен. Имущество, активы, как и у всех в его положении. Хорошая машина, квартира в центре, служебная, собственная в Горелово. Дом. Был женат. Развелся. Жена забрала дочь при разводе. С совершеннолетия след дочери теряется. Видимо, сменила имя.