Книга Завеса зла, страница 24 – Елена Дорош

— Простите, Глеб, но у меня…

Слово «проблема» она выговорить не смогла. Смерть мужа нельзя назвать проблемой. Это что-то совсем другое.

— Слушаю. Говори.

— Я приехала на дачу и нашла труп своего мужа, – с трудом выговорила Настя и закашлялась, словно подавившись страшными словами.

Молчание длилось всего мгновение.

— Говори адрес. Я еду.

— Надо вызвать полицию.

— Вызову сам.

Находиться в доме она не могла. Стала ждать на крыльце.

Скоро или нет приехали, Настя не поняла и даже не удивилась, увидев, что Глеб вылезает из полицейской машины. Вообще не очень хорошо соображала.

Она пошла следом за приехавшими, но ее попросили остаться снаружи. Потом какой-то мужчина и Глеб вышли на крыльцо и стали задавать вопросы, которые она ожидала. Почему-то мысль о том, что ее могут обвинить в убийстве Эдика, не пугала. Она подумала об этом без трепета и поняла: ей абсолютно безразлично, что с ней теперь будет. На вопросы, однако, отвечала разумно, чему даже немного удивилась и слегка улыбнулась над странностью своей реакции.

Наконец Глеб что-то заметил и предложил второму:

— Разреши, я сам продолжу?

Тот, кивнув, вернулся в дом.

Настя приготовилась к дальнейшим расспросам о том, что произошло, но Глеб спросил о другом:

— Ты можешь проверить, что пропало в доме?

— Могу. Наверное.

— Можешь. Ты крепкая.

В его голосе ей почудилась небрежная нотка, и она сразу разозлилась. Отупение, овладевшее ею, мгновенно улетучилось.

— То есть это нормально – в такой момент в ящиках шарить и ложки пересчитывать?

— Арифметика помогает сосредоточиться.

— Ты издеваешься?

Глеб понял: еще чуть-чуть, и она запустит в него чем-нибудь тяжелым. Но это было лучше, чем отупение от шока. Он даже был готов к удару или пощечине, но Настя уже пришла в себя.

— Ты считаешь, что это ограбление?

— Как раз на ограбление не похоже.

— Тогда зачем ложки?

— Ну, во-первых, чтобы исключить эту версию, а во-вторых, ограбления бывают разные.

— В каком смысле?

— Есть обычные, когда сгребают все, что найдут ценного. А есть более вычурные, когда приходят за определенной вещью или предметом. Очень ценным.

— Считаешь, что нормальный человек будет хранить раритетную вещь на даче?

Она рассуждала вполне логично, но при этом у нее дрожали руки. Глеб решил, что будет с нею разговаривать до тех пор, пока эта дрожь не прекратится.

— Дача принадлежала твоим родителям?

— Бабушке с дедом.

— Ты часто тут бывала?

— Глеб, давай ближе к делу. Думаешь, что я могу чего-то не знать?

— А ты все знаешь?

— Абсолютно все, не сомневайся. Да и вообще. Мои предки были образованными, интеллигентными и еще черт знает какими. Но всегда были бедны как церковные мыши. Никаких ценностей у нас в семье сроду не водилось, так что давай отметем эту версию сразу.

— Все равно. Проверь.

— Фууу… Ладно. Но мне почему-то кажется, что ты просто пытаешься меня отвлечь, и все.

— В какой-то степени да.

— Тогда спасибо и не трать время. Я врач и с такими вещами привыкла справляться.

— Даже со смертью близкого человека?

Она посмотрела на свои руки и ответила:

— Даже с ней.

Глеб опустил глаза и увидел, что ее руки спокойно лежат на перилах.

«Молодец. Он бы так быстро не справился».

— Тогда давай думать дальше. Вместе. Кто мог убить твоего мужа?

Она усмехнулась.