Книга Измена. Бывшая любовь мужа, страница 86 – Милана Лотос

Дверь, закрытая навсегда, не распахнулась. Но в ней появилась крошечная, едва заметная щель. Щель, в которую больше не летели обвинения и упреки. В которую, возможно, когда-нибудь, прольется просто тихий, нейтральный свет. И пожалуй, пока этого было достаточно.

Макс Яхонтов

Мысль созревала, как гнойник — болезненно и неотвратимо. Суд был пощечиной. Налоговая проверка Вардана — досадной помехой, но не фатальной. Анонимка в садик — мелкой пакостью, которая лишь позабавила, когда Янина, по словам моего человека, чуть не поседела за одну ночь.

Но этого было мало. Слишком мало. Они смели жить своей жизнью, строить свою идиллию. Моя жена. Мой сын. Моя… собственность. Они осмелились чувствовать себя в безопасности.

Информация пришла, как манна небесная. Через ту же самую медсестру из роддома, алчную дуру, которая за пару тысяч готова была продать душу. Вардан бронировал гостевой дом за городом, на выходные. Они едут все: он, Варвара, его дочь и — главное — мой сын. Артем. Название дороги, примерное время. Этого было достаточно.

План был элегантен в своей простоте.

Не похищение. Похищение — это громко, это следствие, это риск. Нужно было не украсть, а… спасти. Спасти сына от нерадивой матери и ее любовника. На пустынном участке дороги, в лесу, их «остановят» двое. Неподготовленный Вардан попробует поиграть в героя, получит по лицу. Они будут напуганы, растеряны. А я появлюсь как раз вовремя — я ведь «случайно» проезжал мимо, навещал друга на даче. Увидел знакомую машину, остановился… и стал свидетелем драки.

Я отобью сына у растерявшейся Варвары, на глазах у испуганных свидетелей. Она не смогла защитить ребенка. Она подвергла его опасности. Идеальные козыри для нового, уже беспроигрышного суда о лишении родительских прав. Она бы сломалась окончательно, увидев, как я увожу Артема. А потом… потом она бы сама приползла назад. Униженная, разбитая, наконец-то понявшая свое место.

Громилы были дешевы и тупы.

Два бывших охранника, уволенных за пьянство, готовые на все за пачку купюр. Я им все разжевал: не калечить, только напугать, отобрать ребенка, создать хаос. Я просчитал все. Почти все…

Они остановились именно там, где нужно. Я наблюдал издалека, из-за деревьев, с биноклем. Сердце билось ровно, с холодным, знакомым азартом. Вот Вардан вышел из машины, что-то показывая Варваре. Озеро. Сентиментальный идиот. Моя бывшая жена вышла, держа на руках моего сына. Мальчик смеялся, тянулся к листве.

Идиллия. Которая сейчас треснет.

По моему сигналу двое вышли из-за деревьев. Все шло по плану. Первые секунды — шок на их лицах, крик Варвары, прижимающей к себе Артема.

А потом… все пошло наперекосяк.

Вардан не запаниковал.

Он не закричал и не попятился. Он… изменился. Его осанка, взгляд, положение тела — все в нем вдруг стало другим. Хищным. Точным. Он не бросился с кулаками, как ожидали громилы. Он сделал какое-то странное, плавное движение, уходя от первого удара, и нога второго вдруг подкосилась с противным хрустом. Все произошло за секунды. Не драка. Избиение. Но не его. МОИХ людей. Мои тупые, дорогие болваны валялись на земле, корчась от боли, а он стоял над ними, дыша ровно, с тем же холодным, убийственным спокойствием, с каким Дина Соколович громила меня в суде. Откуда?! Откуда в этом бизнесмене, этом «спасителе в сияющих доспехах» эта… эта звериная сущность?!