Книга Измена. Бывшая любовь мужа, страница 81 – Милана Лотос

Я обернулась к Вардану.

Во мне не осталось и следа от той растерянной, подавленной женщины, которой я была несколько недель назад.

— Спасибо тебе за это. Теперь я знаю его самое уязвимое место. Он до смерти боится снова оказаться тем никчемным мальчиком, которым его считал отец. Он боится публичного унижения, краха своего имиджа успешного «султана». Значит, именно там мы и должны нанести удар. Не в его финансы, не в его связи... а в его больное, раздутое эго.

Вардан смотрел на меня с нескрываемым уважением и легкой грустью.

— Ты уверена, что хочешь спускаться на этот уровень? Играть в эти игры?

— Это не игры, — холодно ответила я. — Это война. И он сам ее начал, поставив на кон моего сына. Теперь он получит ответ по всем правилам ведения боевых действий. Сначала разведка... а потом — точечный удар в самое сердце.

Я сидела в зале суда, выпрямив спину до боли, и старалась смотреть только на судью. Но все мое существо ощущало его взгляд — тяжелый, обжигающий, полный немой угрозы.

Макс.

Он развалился в кресле, положив ногу на колено, и смотрел на всех свысока, словно был не ответчиком, а владельцем этого цирка.

Его адвокат, напыщенный господин в костюме, что стоил, наверное, больше, чем вся моя прежняя жизнь, жестикулировал, снова и снова вдалбливая в сознание судьи одну и ту же мысль.

— Уважаемый суд, мы вновь обращаем ваше внимание на нестабильное эмоциональное состояние ответчицы! — его голос был гладким, как полированный мрамор. — Разбитый телефон, истеричные звонки... Это не поведение адекватной матери, способной обеспечить ребенку покой и безопасную среду.

Слова бубнили где-то на периферии, как назойливые мухи.

Я сжала под столом руки в замок так, что костяшки побелели. В горле стоял ком.

И тогда поднялась Дина.

Ее спокойствие было оружием, более мощным, чем любые крики. Она поправила пиджак и подошла к трибуне. Ее голос, четкий и металлический, разрезал душную атмосферу зала.

— Уважаемый суд, разрешите представить доказательства, рисующие совершенно иную картину.

Одна за другой, она выкладывала кирпичики нашей защиты. Заключение независимого психолога — толстая папка с печатями.

— Согласно экспертизе, госпожа Яхонтова демонстрирует поразительную жизнестойкость и осознанный подход к материнству, несмотря на пережитую психологическую травму. Ее связь с ребенком — глубокая, надежная и является для нее основным источником силы.

Потом слово взяла няня Даша.

Она теребила край своей простой кофты, но говорила твердо, глядя судье прямо в глаза.

— Я каждый день вижу, как Варвара Петровна возится с сыном. Она и днем, и ночью с ним. Он на руках у нее сразу затихает. Она ему и песни поет, и книжки читает... Он ее просто обожает. А она его. Это же видно невооруженным глазом. Нельзя дитя от матери отнимать, не по-человечески это.

А потом Дина сделала паузу.

Воздух в зале сгустился, стал вязким, как сироп.

— Уважаемый суд, я также прошу приобщить к материалам дела аудиозапись, — она произнесла это с ледяной вежливостью, — которая, по нашему мнению, наиболее объективно характеризует моральный облик истца и его истинное, глубинное отношение к институту материнства и, в частности, к матерям своих детей.

Судья, пожилая женщина с усталым, но внимательным лицом, кивнула.