Книга Измена. Бывшая любовь мужа, страница 74 – Милана Лотос

— А ты поверь. Если не согласишься вернуться к мужу, все так и будет.

В тот миг во мне что-то щелкнуло. Острая, режущая боль в животе, жар в висках — и вдруг наступила абсолютная, кристальная ясность. Страх отступил, уступив место холодной, стальной решимости.

— Уходи, — прошипела я сквозь зубы, и голос стал низким, чужим.

— Что ты сказала? — мать изумленно подняла брови.

— Убирайся, — повторила я уже громче и, сделав шаг вперед, схватила ее за локоть. Ее рука была твердой и костлявой. Я повела ее к двери, не обращая внимания на ее попытки вырваться. — Я больше не хочу видеть ни тебя, ни Лизы. С этого дня у меня нет матери, ни младшей сестры.

— Поганка неблагодарная! — выкрикнула она, пытаясь вырваться, но моя хватка, подпитанная адреналином ярости и отчаяния, была железной.

— Уходи! — рявкнула я ей прямо в лицо и с силой захлопнула тяжелую дверь, щелкнув замком. Я прислонилась к прохладной деревянной поверхности, вся дрожа, и прошептала в тишину прихожей: — Ты мне больше не мать.

За дверью еще секунду стояла гробовая тишина, а затем послышались удаляющиеся, гневные шаги. Я осталась одна. Совершенно одна. Но впервые за долгие месяцы — по-настоящему сильная.

Несколько дней спустя в квартире царила непривычная тишина, нарушаемая лишь размеренным дыханием уснувшего в своей кроватке Артема.

За окном медленно гасли краски короткого зимнего дня, и комната тонула в уютных сумерках.

Я полулежала на диване, прижавшись к твердой, надежной груди Вардана, и вдыхала его аромат — смесь дорогой туалетной воды, свежего морозного воздуха и чего-то неуловимо мужского, родного.

Этот запах был машиной времени, мгновенно переносившей меня на десять лет назад, в ту самую беспечную юность, где существовали только первая любовь, пьянящее ощущение свободы и вечное, беззаботное лето.

— У меня больше никого не осталось, — прошептала я в складку его рубашки, и слова прозвучали так тихо, что их едва ли можно было расслышать. Но он услышал.

Его рука, лежавшая на моем плече, слегка сжала его.

— Это не так, Варь. У тебя есть я и твой сын. А еще Алия, — голос его был спокойным и успокаивающим. — Она сказала, что ты ей очень понравилась и она с удовольствием к тебе еще раз придет, чтобы повозиться с твоим сыном.

— Правда? — я приподняла голову, стараясь в полумраке разглядеть выражение его глаз. В них не было ни капли лжи, только теплое, открытое участие. Камень на душе слегка сдвинулся с места. — Мне тоже очень понравилась твоя дочка. Она невероятно мила и очаровательна.

— Она хитрюшка, но да… очаровательная хитрюшка, — он рассмеялся, и от его смеха по моей спине пробежали приятные мурашки. — И я ее безумно люблю.

— Я тоже своего сына очень люблю и ни за что не отдам его Яхонтову, — голос мой окреп, в нем зазвучали стальные нотки. Я говорила это не только ему, но и самой себе, заново укрепляясь в этой решимости. — Я очень надеюсь на твою бывшую жену.

— Дина справится, даже не сомневайся, — Вардан говорил с непоколебимой уверенностью. — Она профессионал в своей области, и если уж взялась за твое дело, то обязательно доведет его до конца. Максим не знает, с кем связался.

Его слова были бальзамом на душу, но старая, незаживающая рана все равно ныла и кровоточила.

— После того как ко мне приходила моя мать, я до сих пор не могу прийти в себя, — тихо начала я, снова и снова возвращаясь к тому мучительному разговору. — Я потом звонила отцу, а он даже трубку не брал. А потом прислал смс.