Книга Внимание! Мы ищем маму, страница 34 – Милана Лотос

Мой офис располагался в современном бизнес-центре.

Стекло, хром, дорогая отделка.

Вид моей «Ауди» на фоне этого здания всегда вызывал у меня чувство глубокого удовлетворения. Сегодня же, вылезая из машины с двумя помятыми, уставшими детьми, я чувствовал себя не в своей тарелке.

Лифт поднялся на восьмой этаж.

Дверь с табличкой «Охранное Агентство «Проскуров и Партнеры»» открылась, и нас встретил знакомый запах кофе, дорогой оргтехники и… абсолютного порядка.

— Андрей Игнатьевич! — из-за своего стола поднялась моя помощница, Аннушка. Ее взгляд скользнул по мне, потом по детям, и на ее идеально подведенных глазах я увидел смесь удивления, любопытства и немедленного желания помочь. — Что случилось? Чем я могу помочь?

— Анна, это мои сыновья, Степан и Артём, — сказал я, стараясь звучать максимально деловито. — Им придется провести здесь пару часов. Устрой их в переговорке.

— Хорошо, — Аннушка тут же включилась, ее материнский инстинкт, похоже, боролся с карьерными амбициями и пока побеждал. — Ой, вы какие милые! Пойдемте, я вас соком и печеньками угощу!

Она повела детей в стеклянную переговорную комнату, соседствующую с моим кабинетом. Я поймал на себе взгляды сотрудников. Удивление, улыбки. Для них я всегда был железным Проскуровым. А сегодня я был… папой.

— Стёпа, Тёма, сидите тут тихо, — строго сказал я. — У Анны есть работа. Я буду в своем кабинете, дверь открыта. Ведите себя прилично.

— Хорошо, пап, — буркнул Стёпа, уже увлеченный видом из окна на восьмом этаже.

Тёма молча кивнул, его большой палец уже был во рту.

Я удалился в свой кабинет, оставив дверь открытой, и погрузился в мир телефонных звонков и писем, накопившихся за время моего отсутствия.

Нужно было срочно связаться с юристом, с остальными клиентами, найти замену расторгнутому контракту. Мир рушился, и его нужно было собирать, ради детей.

Первые пятнадцать минут были относительно спокойными.

Я слышал, как Аннушка что-то шепчет детям, звон ложек о чашки. Потом тишину нарушил плач Тёмы.

— Па-а-а-п! — донеслось из переговорки. — Я пи-и-и-сать хо-о-отю!

Я, прервав разговор, высунулся из кабинета.

— Анна, не могла бы ты…

— Конечно, конечно, Андрей Игнатьевич! — Она уже неслась к переговорной. — Артёмка, пойдем, милый, я тебе все покажу!

Она увела его в сторону туалета.

Я вернулся к звонкам.

Потом Тёма захотел есть. Потом пить. Потом ему стало скучно. Аннушка металась между своим столом и переговоркой, как теннисный мячик. Я видел, как на ее идеально нанесенном тональном креме проступают капельки пота.

И тут я заметил, что Стёпа слишком долго ведет себя тихо.

Я вышел из кабинета. Степы не было в переговорке. Сердце упало.

— Анна, где Степан?

— Он… он тут только что был, — растерянно оглянулась она.

Я быстрым шагом прошелся по офису. И увидел его. Он стоял у стола молодой практикантки Лены и с восторгом разглядывал огромную, хрустальную пресс-папье в виде лошади — дорогой сувенир от клиента.

— Степан, — рявкнул я.

Он вздрогнул и отпрыгнул от стола.

— Я просто смотрел!

В этот момент из туалета вернулся Тёма, и его внимание привлекла огромная, напольная ваза с декоративными ветками, стоявшая в холле. Он потянулся к хрупкому сооружению.

— Тёма, нет! — крикнула Аннушка, бросаясь к нему.

Это была катастрофа.