Книга Я тебя у него заберу, страница 22 – Хелен Кир

Останавливаюсь у реки. Темная вода манит своей тишиной. Пытаюсь дышать в унисон с накатывающей волной. Как ни странно, мне помогает. Вдох-выхох. Вдох. Выыдоох. Глубоко вдыхаю холодный ночной воздух. В нем есть что-то очищающее.

Я хочу что-то изменить. Даже если это будет стоить всего. Даже если придется сильно бороться. Я должна найти в себе силы, чтобы сбежать и начать все сначала.

Мне… мне нужно поговорить с Ромой еще раз. Мне нужно его найти.

Вода плещется у моих ног, холодная и равнодушная, как и слова отца.

«Развод? Ты с ума сошла? Он меня разорит! А если еще раз заикнешься в психушку упеку, чтоб дурь из головы выбили!»

Мне столько лет, а я все еще потеряна сама для себя. Казалось бы, что проще, нужно просто сбежать и жить обычной жизнью. Но все как раз-таки сложно. Они найдут. Я не хочу снова под ремни. Не хочу мутить сознание и быть куклой. Это страшно. Никакая полиция не поможет.

Слова эхом отдаются в голове, смешиваясь с шумом реки. Как же я устала! Устала от этой золотой тюрьмы, от брака по расчету, от жизни, где я всего лишь красивая кукла для демонстрации богатства. Причем с двух сторон.

— Чертовы цепи! — бормочу под нос.

Вдруг телефон вибрирует. Незнакомый номер. Открываю сообщение и сердце замирает.

"Рит, это я. Хочу помочь. Буду ждать тебя в старом парке у фонтана в десять. Завтра'.

Едва попадаю пальцами в сенсор.

«Буду», — отвечаю, не раздумывая.

Домой возвращаюсь с дрожащими коленями и с твердым намерением. Крадусь в полутьме. Прижимаю туфли к груди. Какого черта не бросила обувь сама не пойму.

Влад ждет меня в холле. Темнее тучи, лицо искажено гневом. Я словно на копье напарываюсь грудью. Влад стремительно идет, рассекая воздух густыми тяжелыми волнами. Рубашка на груди распахнута. Твердые мышцы перекатываются. Одна рука в кармане брюк, другая обвинительно в меня тычет.

— Где была? Отец звонил, сказал, что ты опять затеяла разговор о разводе! Где ты шлялась всю ночь⁈ — орет на весь дом.

Его голос режет, как стекло. Я молчу, сглатывая ком в горле.

— Я тебя спрашиваю!

— Это не твое дело, — выдыхаю, стараясь говорить как можно тверже.

— Не мое дело⁈ — вплотную подходит. Опаливает своим гневом. Искры летят во все стороны. — Я предупреждал?

Влад хватает за руку, больно сжимая запястье.

— Отпусти! — кричу, вырываясь. — Отпусти меня!

Крик разносится по всему дому, поднимая на ноги прислугу. Но никто не решается вмешаться. Все боятся Влада.

Тащит меня в спальню, швыряет на кровать.

— Сука! — нависает сверху. — Выбью из тебя всю дурь! Буду трахать тебя, пока не завизжишь! Тыыы! — беснуется, наматывая волосы на кулак. — Дура неумная! Куда хочешь вырваться⁈ К кому⁈ Думаешь, он благодетель? Идиотка! Я твоя защита!

— Пошел ты, Кристовский! — ору.

Его слова плевок в лицо. Я отворачиваюсь, закрываю глаза. Ненавижу! Ору, что ненавижу, что все равно уйду. Влад заламывает мне кисти, вытягивая над головой, придавливает телом. Его руки жадно шарят, грубые и властные. Мне снова больно. Он специально оставляет синяки сейчас. Скотина!

Нет! Я не позволю! Я не сдамся!

Бьюсь, царапаюсь, кусаюсь, но хватка мертвая. Муж сильнее, намного сильнее. Его лицо искажено злобой, глаза горят безумием. Я чувствую дыхание на своей шее.

— Сопротивляйся, стерва, меня это только заводит, — рычит, впиваясь в кожу.