Книга Хрустальная ложь, страница 347 – М. Эль

— После чего я найду всех, кого ты когда-либо любил. И расчленю.

В голосе Энгеля не было ярости, не было крика. Была лишь абсолютная, леденящая сталь, обещание неизбежной смерти, которое заставило даже видавшего виды бандита содрогнуться. Похититель сглотнул, его кадык дёрнулся.

— Ты…

— Я уже еду, — оборвал его Виктор.

Главарь в ужасе уронил телефон. Дешёвый пластиковый аппарат со стуком отскочил от пола. Он не успел спросить — как. Он даже не успел пошевелиться, чтобы отдать приказ. Он был парализован страхом.

Но Валерия знала. Она хрипло рассмеялась, глядя на его побледневшее лицо.

— Дорогой… он тебя найдёт. Он всегда находит. Удачи, мальчики. Вам она понадобится. Очень.

...

Виктор не пренебрегал рутинными проверками: больницы, травмпункты, станции скорой помощи — он обзвонил их всех. Для мафии это был старый метод: раненный всегда ищет отмель. Вдруг его девочка сумела сбежать? Или Джекс оставил след. Ведь следы борьбы клана Андрес всегда имели отличительную черту. Их всех учили драться одинаково. Начиная с Главы Адель, заканчивая Валерией и её братом. Он настоял на том, чтобы сторожи парковок и ночных клиник присылали фото любого, кого приносили ночью с ранами. Вскоре несколько снимков пришли: молодой с порезом на щеке, сменяющий бандаж на руке. Лицо было знакомо — один из тех, кто участвовал в перевороте. Капо по «медицине» познал стиль шрамов. Первое локальное подтверждение — и он ринулся.

Он вёл поиски и через деньги, и через страх. Угрожал тем, кто молчал; щедро платил тем, кто дал хоть малейшую наводку. Он выстроил сеть: журналист, который «ненароком» опубликовал фото мотеля на окраине — получить этого «случайность» несложно, если хочешь сделать шум. И шум работал: ворох ответов валился в его телефон.

Были и «мелкие» победы — один бандит, пойманный на даче у родственника, не мог удержаться и проговорился о «вилле в глубинке штата», где шел допрос. Другой выдал номер грузовика, который перевез несколько людей в ту ночь. Так шаг за шагом ниточка становилась веревкой.

Но у Виктора была ещё одна, личная ресурсная линия — люди, которые ненавидели оживлённые игры в кланах не меньше него.

Где-то между вертолетами и джипами звук одного сообщения заставил всё затихнуть: «Они привезли женщину. В крови. Говорят — Рихтер». Его сердце замерло; затем — взрыв энергии. «Отмечайте координаты. Вылет через двадцать минут».

Над пустыней вертолёт шёл низко, каждый метр сокращал расстояние до ответа. У него в голове пронзительный, странный набор мыслей: «Почему ты ушла? Почему не дала мне объяснить? Почему я не нашёл тебя раньше?» И одновременно холодное «Если они что-нибудь сделали — я сожгу всё».

Валерия подняла взгляд — ледяной, пронзающий. — Ты не просто идиот. Ты покойник, милый. И все твои люди — тоже.

Мужчина оскалился, пытаясь сохранить видимость уверенности. — Слова не спасут тебе жизнь.

— Зато я успею насладиться тем, как у тебя дрогнет голос, когда придёт он, — прошептала она. — Виктор.

Имя было ядом. Он отмахнулся. — Виктор Энгель мне не страшен. — Он шагнул ближе, схватив её за подбородок. — А вот ты — его больное место.

Валерия не отвела взгляда. — Мальчик, тебе никто не говорил, что играть с пламенем — плохая идея?

Он замахнулся, но в тот же миг Валерия — действовала. Одно движение — она ударила коленом в пах. Второе — подцепила ногой нож, выпавший у охранника. Третье — порезала верёвку на запястьях.