Книга Продана, страница 86 – Фиона Марухнич

Ставлю бокал перед ним, и, встречаясь с его взглядом, произношу:

— Лучше тебе не знать и половины того, что я умею, а то… тебе может не понравиться, если ко мне на помощь, вместо верной собаки прибежит голодный и разъярённый медведь!

Мои слова, словно брошенный вызов, повисают в воздухе, перемешиваясь с ароматом вина и табака. Кассиан не отводит взгляда, его глаза сужаются, а огонь в них становится ещё ярче.

— Медведь, говоришь? — в его голосе появляется хрипотца. — Что ж, посмотрим, насколько голоден твой зверь, и чем он готов пожертвовать ради своей добычи. Возможно, у меня найдется приманка, перед которой он не сможет устоять.

Его слова бьют точно в цель. Я чувствую, как кровь отливает от лица, осознавая двойственность его намёка. Он как будто говорит о Дэйве, но в его взгляде — нечто большее. Я чувствую, что он играет со мной, дразнит, провоцирует на ответную реакцию.

Внезапно я ощущаю лёгкое прикосновение к коже. Сначала просто покалывание, потом — отчётливое скольжение ткани. Сердце пропускает удар. Его рука. Под подолом моей чёрной униформы. На мгновение я замираю, не в силах пошевелиться.

Кассиан продолжает смотреть на меня, словно ничего не происходит. В его глазах — ни тени смущения, лишь хищный блеск. Уверена, его прикосновение остаётся незамеченным для остальных, но для меня оно ощущается как удар током.

— Ты… — начинаю я, но голос предательски дрожит.

Кассиан прерывает меня, придвигаясь ближе. Его губы растягиваются в соблазнительной улыбке.

— Тише, mia piccola volpe (итал. — моя маленькая лисичка). Не выдавай меня, — шепчет он ели слышно, но я, чёрт возьми, слышу каждый грёбанный слог. — Или наш маленький секрет станет достоянием общественности. А ты ведь не хочешь этого, правда?

Я застываю от этих слов, как прикованная к месту, не в силах пошевелиться. В то время как Кассиан, с насмешливым видом, берёт свой бокал с рубиновым вином и делает глоток. Его глаза, обрамленные длинными, чёрными ресницами, буравят меня, не отрываясь ни на секунду. В то же время, его рука предательски скользит по внутренней стороне моего бедра, заставляя меня замереть.

Всё моё существо кричит о желании свести ноги вместе, чтобы избежать этого касания, чтобы между его пальцами и тонкой тканью трусиков не осталось ничего, кроме воздуха. Моё тело горит, словно объятое пламенем, а этот дьявол, будто ничего не происходит, спокойно потягивает своё вино. Его рука движется всё выше и выше, неумолимо приближаясь к моей киске, которая просто пылает от невыносимого желания. Ненавижу его и себя!

Я судорожно оглядываю присутствующих. Маленькая Кэлли увлечённо ковыряется в тарелке, изредка бросая на нас мимолётные взгляды. Я пытаюсь выдавить из себя улыбку, но чувствую, как его пальцы уже дразняще поглаживают край моих трусиков.

Улыбка получается натянутой и фальшивой, а мои пальцы до боли сжимают горлышко бутылки. Замечаю взгляд матери Кассиана, прожигающий меня насквозь. Кажется, что она готова уничтожить меня одним лишь взглядом. Господи, только бы никто не заметил, где сейчас находится рука Кассиана!

Вдруг он касается того самого места, где ткань трусиков стала предательски мокрой, и я, не в силах больше сдерживаться, зажимаю его руку между своих ног и бросаю на него самый убийственный взгляд, на который только способна. В ответ он лишь тихо посмеивается, и вот, я чувствую, как его рука покидает моё тело, но не мою душу…