Книга Продана, страница 138 – Фиона Марухнич

Это зрелище одновременно пугает и будоражит.

Наконец-то отрываю взгляд от его паха и встречаюсь с ним взглядом. Он весь в предвкушении, он готов сломить меня. Я вижу огонь в его глазах, неутолимую жажду обладания.

— Ты — моя, Милана, чёрт возьми! И я намерен сделать тебя своей, доказывать тебе, и всему этому грёбаному миру, что ты принадлежишь только мне, если это понадобится! — рычит он, словно зверь, обозначая свою территорию.

— Отпусти меня… прошу тебя… — мой голос становится жалким, умоляющим.

Смотрю в его глаза, и вижу только решимость, стальную волю. Он не собирается сжалиться надо мной. В этом взгляде нет ни капли сочувствия, только голод.

Мои руки с силой сжимают стол, будто пытаясь удержаться в реальности, в самой себе. Но всё ускользает, словно сквозь пальцы. Не верю, не верю, что всё это происходит на самом деле. И больше всего, не верю самой себе. Кажется, если я поддамся, хоть на секунду, я стану зависимой от него. И тогда я точно пропаду, и вся моя свобода мне будет только сниться в кошмарах.

Сердце бешено колотится, заглушая все остальные звуки. Дыхание перехватывает, в голове пульсирует лишь одна мысль: Бежать. Бежать. Бежать. Но куда? Он отрезал все пути к отступлению. Я в ловушке, в его тщательно спланированной игре. И правила здесь устанавливает он.

Мои ноги подкашиваются, но я, собрав всю свою волю в кулак, бросаюсь к дивану. Нужно схватить пистолет, этот кусок стали — моя единственная надежда.

Но Кассиан быстрее.

Его руки с неимоверной силой обхватывают меня сзади, прижимая к себе, лишая возможности даже вздохнуть полной грудью. Воздух выбивает из лёгких, и я инстинктивно дёргаюсь, пытаясь вырваться.

Безуспешно.

Мне удаётся вывернуться в его руках, и повернутся лицом к нему. Гнев бурлит в крови. Я собираюсь влепить ему новую пощёчину, вложив в неё всю свою ярость, всю свою ненависть, но он легко перехватывает мою руку, сжимая её с такой силой, что по запястью пробегает острая боль.

— Бу! Попалась, лисёнок! — усмехается он, и эта усмешка, полная самодовольства, вызывает во мне новую волну ярости.

Ему весело, он явно наслаждается этой игрой, но я не играю. Для меня это серьёзно. Ставка — моё тело, моя душа, чёрт возьми!

Он продолжает держать меня за руку, с силой сжимая кожу, и я делаю отчаянную попытку залепить ему другой рукой, но и тут у меня нет ни единого шанса. Он перехватывает и её, сжимая до боли, лишая возможности сопротивляться.

— Может хватит ходить вокруг да около? Мой язык уже трахал тебя, Милана… мы, можно сказать, любовники! — в его голосе звучит явная ирония, напоминая мне о том, что уже случилось между нами.

Но я спала в тот момент! Спала, сукин сын! Я была беззащитна, а он этим подло воспользовался. А сейчас, при свете дня, чувствуя его сильное, горячее тело, видя его всего… не при обманчивом лунном освещении, я не могу позволить себе окончательно сдаться на милость этому мужчине. Ни за что!

— Оставь меня в покое, катись ко всем чертям, иди к своей Джулии, проваливай в самую дерь… — я пытаюсь его оттолкнуть, выкрикивая слова, как проклятья, но он не даёт мне договорить.

Его губы впиваются в мои в жестоком, голодном поцелуе, который, тут же, как по волшебству, вскруживает мне голову. Последние слова вырываются из меня, как жалкое мычание, теряясь в его властном рту.