Книга Партизаны, страница 54 – Алистер Маклин

— Конечно.

Все пятеро, включая Михаэля, застегнули тяжелые пальто и вышли, оставив Петерсена и двух его спутников. Джордже пожал плечами и вздохнул:

— Подумать только, когда-то я был самым популярным человеком в Югославии. Естественно, еще до того, как познакомился с тобой. Ну что, идем отдыхать?

— Так скоро?

— Я имел в виду – вон туда. – Джордже прошел под сводчатую арку и занял место за стойкой бара. – Странная дамочка. В смысле, Лорен. Это я размышляю вслух. С чего она вдруг решила отправиться в темную и опасную ночь? Не слишком она похожа на фанатичную любительницу свежего воздуха или физических нагрузок.

— Как и Зарина. Две странные дамочки.

Джордже потянулся к бутылке красного вина.

— Будем считать, что причуды представительниц прекрасного пола, особенно столь юных, нас не касаются, и с большей пользой сосредоточимся на этом вине урожая тридцать восьмого года.

— Не такие уж они странные, – сказал вдруг Алекс.

Петерсен и Джордже посмотрели на него. Алекс так редко говорил, а тем более высказывал свое мнение, что его всегда внимательно слушали, стоило ему подать голос.

— Надо ли так понимать, Алекс, – спросил Джордже, – что ты заметил нечто, ускользнувшее от нашего внимания?

— Да. Все дело в том, что я не болтаю столько, сколько болтаете вы. – Слова его могли показаться обидными, но вовсе таковыми не являлись – он просто объяснял. – Когда вы говорите, я смотрю, слушаю и запоминаю, пока вы слушаете только друг друга. Две юные дамы, похоже, весьма сдружились, и, как мне кажется, слишком быстро. Возможно, они в самом деле друг другу нравятся, не знаю. Но я точно знаю, что они друг другу не доверяют. Уверен, что Лорен отправилась что-то выяснить. Не знаю, что именно. Скорее всего, Зарине пришла в голову та же мысль, и она пошла с ней, чтобы узнать, о чем речь.

— Вполне разумный аргумент, – рассудительно кивнул Джордже. – Как думаешь, что они обе хотят выяснить?

— Откуда мне знать? – с ноткой раздражения в голосе ответил Алекс. – Я просто наблюдаю. Думать – ваша задача.

Обе девушки и их сопровождающие вернулись еще до того, как трое мужчин прикончили бутылку вина, то есть действительно весьма скоро. Девушки и Михаэль уже слегка посинели от холода, а Лорен откровенно стучала зубами.

— Хорошо погуляли? – вежливо спросил Петерсен.

— Очень даже неплохо, – ответила Лорен, явно не простившая ему некоего греха, который он якобы совершил. – Я просто пришла пожелать вам спокойной ночи. Утром во сколько мы выезжаем?

— В шесть.

— В шесть?!

— Если это слишком поздно…

Не обращая на Петерсена внимания, Лорен повернулась к Зарине.

— Идешь?

— Сейчас.

Лорен ушла.

— Зарина, рекомендую в качестве рюмочки на ночь вот этот мараскин^[8] из Задара, – сказал Джордже. – Проведя целую жизнь…

Зарина проигнорировала его так же, как до этого Лорен – Петерсена.

— Вы мне солгали, – заявила она, поворачиваясь к майору.

— Да что ты говоришь, дорогая?

— Насчет Джордже. Его прозвища «профессор». Якобы из-за того, что он много говорит.

— Я выразился не совсем так – не «много говорит», а «говорит так, будто стоит за кафедрой».

— Не придирайтесь! Прозвище, как же! Декан филологического факультета и профессор западной филологии Белградского университета!

— Ого! – восхищенно проговорил Петерсен. – А ты и впрямь умная. Как ты выяснила?