Книга Партизаны, страница 51 – Алистер Маклин

В Чаплине в сгущающихся сумерках их остановили на военном блокпосту. Подошел молодой офицер, посветил фонариком на листок бумаги у себя в руке, затем направил луч на номер грузовика и прошелся лучом по лобовому стеклу. Петерсен высунул из кабины голову.

— Не свети в глаза, черт бы тебя побрал! – яростно рявкнул он.

Луч фонарика тут же погас.

— Прошу прощения, господин офицер. Рутинная проверка. Не тот грузовик. – Он отступил на шаг, отдал честь и дал отмашку рукой. Петерсен тронулся с места.

— Не нравится мне это, – сказала Зарина. – А если ваше везение кончится? И почему он нас так легко пропустил?

— Молодому человеку вполне хватает сообразительности и такта, – ответил Петерсен. – Он сразу задал себе вопрос: кто он такой, чтобы вставать на пути армейского офицера, который едет развлечься в компании двух симпатичных девиц? Поиски, однако, продолжаются. На бумаге, которую он держал, был номер нашей старой машины. Потом он проверил водителя и пассажиров, что более чем необычно. Его предупредили, что нужно искать троих головорезов. Любой скажет, что я выгляжу более чем респектабельно, да и вас обеих не спутаешь с парочкой душегубов, одним – худым, другим – толстым.

— Но они должны знать, что мы с вами.

— Ничего они не должны. Скоро наверняка узнают, а пока – нет. Единственные, кому известно, что вы были на борту корабля, – те двое, что все еще сидят связанные в той хижине.

— Кто-то мог поинтересоваться на «Коломбо».

— Возможно, но сомневаюсь. И даже если так, никто из команды ничего не расскажет без разрешения Карлоса. Такие уж у него с ними отношения.

— Мог рассказать сам Карлос, – с сомнением проговорила Зарина.

— Карлос ничего добровольно не выдаст. Может, ему и пришлось бы сражаться с собственной совестью, но борьба стала бы короткой, и победу одержало бы чувство долга. Он не предаст свою старую подружку, особенно если дойдет до стрельбы, что весьма вероятно.

Лорен наклонилась вперед, глядя на Петерсена:

— Это кто его подружка? Я, что ли?

— Так, полет фантазии. Ты же знаешь, как я люблю поболтать.

Их еще дважды останавливали на блокпостах, оба раза без происшествий. Через несколько минут после последней проверки Петерсен свернул на придорожную стоянку.

— Мне бы хотелось, чтобы вы теперь пересели в кузов. Там холоднее, но мой друг-рыбак дал мне несколько одеял.

— Зачем? – спросила Зарина.

— Затем, что теперь вас могут опознать. Вероятность невелика, но мало ли. В любую минуту могут разослать ваши описания.

— Как их могут разослать, пока майор Массамо… – Оборвав фразу на полуслове, она взглянула на часы. – Вы говорили, что позвоните в воинскую часть в Чаплине через час. Прошел уже час и двадцать минут. Они там замерзнут. Зачем вы врали?

— Если ты не умеешь думать, а ты явно не умеешь, то хотя бы заткнись. Всего лишь небольшая, безвредная, необходимая ложь. Что бы случилось, если бы я позвонил сейчас или двадцать минут назад?

— За ними отправили бы спасательную группу.

— И все?

— Что еще?

— Боже, храни Югославию. Звонок бы отследили, и стало бы примерно известно, где я. Вместо меня в условленное время звонил мой друг. Из Груды, на дороге Чаплина – Имотски, к северо-западу отсюда. Из этого можно сделать вполне естественный вывод, что мы направляемся в сторону Имотски – там штаб итальянской дивизии. Так что поиски будут сосредоточены в окрестностях Имотски. Там полно мест, где можно спрятаться, – здания, склады, грузовики, – а поскольку итальянцы любят немцев примерно так же, как югославов, и приказ о моем аресте отдан в германской штаб-квартире в Риме, вряд ли они станут искать с особым энтузиазмом. Они, конечно, могут разгадать мой хитроумный план, но сомневаюсь, что они даже станут пытаться. В любом случае отправляйтесь в кузов.