Онлайн книга «Бывшие. За пеленой обмана»
|
— Дядя, а вы кто? Слова обжигают меня. Я делаю шаг вперёд, приседаю, оказываюсь напротив её взгляда. Она смотрит на меня доверчиво и широко распахнутыми глазами, в которых будто тонет мой собственный отражённый мир. Голос хрипнет, когда протягиваю руку: — А я, похоже, твой папа, малышка. В груди всё крошится. Волнение, злость, нежность, жгучая боль от этих пропущенных шести лет… И вопрос, который прожигает мозг: что эта горе-мать ей обо мне наплела? Надя смело укладывает свою маленькую ручку на мою ладонь. Чуть наклоняет голову, и я вижу родинку около уха: ещё одно доказательство, что это мой ребёнок. — А что тебе мама про меня рассказывала?.. — Что ты умер, — наивно отвечает дочь. В груди что-то рвётся. Мир вокруг перестаёт существовать — только её глаза, мои глаза и Вероника, бледная как смерть. И тишина становится громче выстрела… Глава 9 Вероника Сижу за компьютером, пальцы уже ноют от клавиатуры. Последние цифры в отчёте, пара графиков, сводка по итогам месяца. Я знаю, завтра Прокудин непременно спросит этот документ. Он всегда следит за сроками, всегда! Ему важно видеть, что отдел работает, что всё под контролем. Щёлкаю «сохранить», протираю глаза. Взгляд падает на часы в правом нижнем углу монитора. Меня будто током бьёт: — Господи… Надя! — выдыхаю шёпотом и хватаю сумку. Сердце колотится так, что тяжело дышать. Садик до семи. Она там одна. Опять! Опять я подвела. Клялась же, что если задерживаюсь на работе, то буду просить бабушку её забрать. Но в этот раз потеряла счёт времени… Бегу по коридору на каблуках. Жму на кнопку лифта. Он поднимается бесконечно медленно, поэтому срываюсь по лестнице. У входа в здание почти сбиваю с ног уборщицу, торопливо извиняюсь и лечу к стоянке. Двадцать минут — и я возле сада. Запыхавшаяся, красная. В группе действительно пусто. Игрушки на местах, детей нет, только моя Надя сидит в углу. Маленькая, с растрёпанными хвостиками, и вертит в руках свою куклу. Она делает вид, что ей всё равно, но я знаю — ей больно. А напротив, развалившись в кресле, восседает молодая воспитательница, Милена Александровна. Уткнулась в телефон, скроллит ленту. Длинные наращённые ногти блестят при каждом движении. На меня даже не смотрит. — Извините, пожалуйста, — выдыхаю, стараясь улыбнуться. — Задержали на работе… Она кривит пухлые губы, скользит взглядом по мне. Ясно читаю в её глазах презрение: «Ну да, конечно! На работе! Небось, с мужиком кувыркалась и про ребёнка забыла». Воспитательница знает, что у Нади нет отца. — Мам, ну ты же обещала! — голос дочки дрожит. Она подскакивает, обнимает меня, но не прижимается крепко, как всегда, а будто сдерживается. Я задыхаюсь от вины. Глажу её волосы, целую в макушку. — Прости, родная. В следующий раз я обязательно попрошу бабушку забрать тебя, если сама задержусь. Не уследила за временем… Она молчит, губы поджаты. Моя девочка обижается. И возразить нечего: я заслужила. Мы быстро одеваемся, выходим. Воздух холодный, пахнет мокрым асфальтом и сыростью. Надя молчит, идёт рядом, держит меня за руку — её ладошка маленькая, горячая. Поднимаю глаза и замечаю: у моего «Матиза» стоит машина ДПС. Двое инспекторов сидят внутри, но, завидев нас, они неожиданно трогаются с места и уезжают. Странно. |