Книга Глубина, страница 46 – Крейг Дэвидсон

Да, ошибки быть не может. Это не уже знакомое «дап-дап-дап» сверху. Несомненно, тут кто-то смеялся. Кто-то в глубине тоннеля.

Мальчишеский смех.

«Не может быть, чтобы это был…»

— Зак?..

Люк зажал рот рукой. Он не мог поверить, что произнес это имя – особенно здесь, на дне океана, в полном отрыве от мира. Щеки запылали от стыда.

Конечно, его пропавшего сынишки здесь нет.

Его нет нигде на земле – он на небесах. Теперь он в безопасности.

«Наверняка ты этого не знаешь».

Его мать снова вторглась в его голову, заговорила голосом одновременно сладким и резким.

«Его так и не нашли, верно? Он может быть где угодно, Лукас. Где угодно».

Позади что-то шелохнулось, и Люк резко обернулся. Звук повторился – робкое, отрывистое шуршание. Люка так и подмывало налечь всем телом на шлюз, забарабанить по перегородке, закричать, чтобы ему открыли, – но вместо этого он прислушался чутче, спешно выискивая глазами источник звука.

Чье-то ритмичное дыхание доносилось из темноты. В двадцати ярдах от него из мрака вырисовывалась фигура, неподвижно припавшая на корточки. Люк едва мог различить глаза – пару увлажненных драгоценных камушков – и белесый шлейф дыхания.

«Давай же, – подумал он, сжав кулаки.– Подходи, если вообще собираешься».

И оно собралось – и подошло весьма охотно, быстро цокая когтями по полу.

Люк замахнулся, мучая вопросами разум, сжавшийся от страха в горошину: можно ли с этимбороться обычными способами – кулаками, ногами и зубами? Какие средства хороши против чудовищ?

Кулак, не нанеся вреда, мазнул над головой существа, а затем оно прыгнуло на Люка.

Тяжело дыша, поскуливая и виляя хвостом.

Это был лабрадор-ретривер шоколадного окраса.

Собака обошла вокруг ног Люка, ткнулась мордой ему в колено и скорбно заскулила.

— О господи… Эй! Все в порядке, мальчик, – сказал Люк, гладя собаку за ушами. – Хотя, вижу, ты девочка.

Собака выглядела здоровой, хотя и несколько исхудавшей и явно очень замерзшей. Ее задние лапы дрожали. Она засунула морду под мышку Люка и копалась там, пока ее голова не высунулась у него под рукой.

Видимо, она содержалась в лабораториях Клэйтона как опытный образец. Означало ли это, что все остальные подопытные – хотя Люку не нравилось думать о них в клинических терминах братца – тоже выбрались из клеток?

Шлюз разверзся снова. Показались сперва ботинки, а затем и вся Эл. Она оглядела тоннель в обоих направлениях. Только потом ее взгляд остановился на Люке.

— У тебя ссадина на руке, – заметила она. – Кровь идет.

— Я знаю. Поскользнулся, ободрал кожу о сталь. Ерунда. Чего ты так долго копалась?

— Сработало аварийное закрытие шлюза после того, как ты вышел. Непредвиденная и незапланированная фигня. Мне пришлось отпирать все предохранительные замки вручную.

У Эл был фонарик. Когда она включила его, Люк понял, что они стоят перед развилкой. Тоннель забирал на девяносто градусов влево и вправо – где-то в тридцати ярдах впереди.

Проход был яйцевидным: более узким вверху, более широким внизу. Вдоль стен шли трубы и трубки, каждая со своей пометкой. Люку показалось, что многие из них обмотаны изолентой, и когда он подошел поближе, то, присвистнув, убедился, что глаза не обманули. Та самая черная изолента, «стомильный стоппер», как ее называли военные; производители этой штуки утверждали, что несколько слоев ленты способны остановить джип, несущийся на скорости сто миль в час.