Книга Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда, страница 111 – Дэн Симмонс

— Курц, – наконец выдавил из себя Рафферти. – Курц.

Курц кивнул.

— Я думал, ты в тюрьме, засранец, – произнес Рафферти.

— Теперь уже нет, – ответил Курц.

Рафферти заморгал, пытаясь восстановить четкость зрения.

— В другом штате тебя бы посадили на электрический стул… или вкололи бы смертельную инъекцию. За убийство.

Курц улыбнулся.

— Непреднамеренное убийство. – Все это время он стоял, прислонившись к капоту «Хонды», но теперь выпрямился и сделал шаг вперед.

Дональд Рафферти шагнул назад по обледеневшему асфальту парковки. Снова повалил снег.

— Курц, какого хрена тебе нужно?

— Я хочу, чтобы ты перестал пить в те дни, когда возишь куда-нибудь Рэйчел, – сказал Курц. Его голос звучал тихо, но твердо.

Несмотря на волнение, Рафферти рассмеялся.

— Рэйчел? Только не говори, что тебе не по фигу, что там с Рэйчел. Ты за четырнадцать лет не прислал девочке ни одной гребаной открытки.

— Двенадцать лет, – уточнил Курц.

— Она моя, – запинаясь, пробормотал Рафферти. – Так решил суд. Все по закону. Я был мужем Саманты, ее бывшим мужем. И Саманта хотела, чтобы ее воспитывал я.

— Сэм всегда хотела сама заботиться о Рэйчел. – Курц приблизился к Рафферти еще на один шаг.

Рафферти отступил на три шага к бару.

— Сэм не собиралась умирать, – продолжил Курц.

Рафферти усмехнулся:

— Курц, она умерла из-за тебя. Из-за тебя и твоей долбаной работы. – Он наконец нашел ключи и зажал их между пальцами, стиснув ладонь в кулак. Теперь к страху добавился гнев. Он разделается с этим сукиным сыном. – Решил достать меня, да, Курц?

Курц пристально смотрел ему прямо в глаза.

— Потому что если ты будешь нарываться, – продолжил Рафферти, голос которого звучал все громче, – я скажу твоему офицеру по условно-досрочному, что ты меня преследуешь, угрожаешь мне и Рэйчел… кто знает, какие грязные пристрастия появились у тебя за двенадцать лет в Аттике?

Что-то блеснуло в глазах Джо Курца, и Рафферти быстро отступил на четыре шага. Теперь до двери в бар оказалось рукой подать.

— Если не прекратишь эту хрень, глазом моргнуть не успеешь, как вернешься обратно в тюрьму…

— Если ты еще раз повезешь Рэйчел спьяну, – мягко перебил его Курц, – я устрою тебе веселую жизнь, Донни.

Курц сделал еще шаг вперед, но Рафферти уже распахнул дверь бара, готовясь быстро заскочить внутрь. Он знал, что бармен Карл хранил под стойкой обрез.

Однако Курц даже не взглянул на Дональда Рафферти. Пройдя мимо, он отправился дальше по Бродвею и скрылся за плотной стеной падающего снега.

Курц сидел в дымном полумраке бара «Блюз Франклин», размышлял о том, что рассказал ему об Анжелине Фарино Пруно, и пытался осмыслить полученную информацию. А еще он думал о паре детективов из отдела по расследованию убийств, которые ехали за ним до бара на обычной, не полицейской машине. За последние несколько недель они уже не в первый раз садились ему на хвост.

Бар «Блюз Франклин» находился на Франклин-стрит неподалеку от кафе во французском стиле «Улица Франклина» и считался вторым по старшинству джазовым баром Буффало. Молодые дарования часто выступали здесь в начале своей карьеры, а достигнув определенных высот, снова, не поднимая особого шума, возвращались сюда. Тем вечером играл местный джазовый пианист Ко Пирс со своим квартетом. В полупустом зале царила дремотная атмосфера, Курц занял свой обычный столик в углу, подальше от двери и расположился спиной к стене. За ближайшими столиками никого не было. Время от времени к нему подходил хозяин заведения и по совместительству старший бармен Папаша Брюс Уолс или его внучка Руби, чтобы перекинуться с Курцем парой фраз и поинтересоваться, не хочет ли он еще пива. Он не хотел. Курц приходил сюда не ради выпивки, а ради музыки.