Книга На крючке, страница 79 – Эмили Макинтайр

Поездка в конгресс-центр проходит в тишине. Сцепив пальцы, Венди смотрит в окно, ее лицо осунулось и помрачнело. Я сижу напротив нее в лимузине – ненависть смешивается с вожделением, как взрывоопасный коктейль, искры летят по всему телу, вызывая вибрацию энергии, из-за которой мне кажется, что я нахожусь на грани воспламенения.

Меня крайне удручает, что я не могу контролировать реакцию своего тела на эту особу. В первый раз меня ослепила похоть: и к ней самой, и к одной только мысли о том, что дочь моего врага захлебнется моей спермой.

По правде говоря, эта мысль по-прежнему меня прельщает, только теперь мои глаза широко открыты, и они никогда больше не сомкнутся. Я подпустил ее слишком близко, слишком расслабился, даже за такое короткое время.

Скорее всего потому, что я никогда не рассматривал ее в качестве угрозы.

— Надеюсь, мне не нужно напоминать тебе, что произойдет, если ты будешь плохо себя вести? – спрашиваю я, когда лимузин подъезжает к обочине.

— Я хожу на подобные мероприятия с тех пор, как научилась ходить, – она щурится. – Мне не нужны наставления.

Салон лимузина пропитывается ее яростью, и это только разжигает мое внутреннее пламя.

— Возможно, это и так, – подмечаю я, наклоняясь вперед, – но теперь ты на поводке, зайка, и я в любой момент могу его укоротить.

Я поднимаюсь со своего места, пересаживаюсь к ней и достаю из кармана тонкий бархатный футляр. Ее тело вжимается в дверь лимузина, как будто даже находиться рядом со мной – это непосильная задача. Я провожу кончиками пальцев по ее шее, откидывая в сторону шелковистые волосы.

— Ты не будешь пытаться сбежать, – я открываю футляр, и у нее перехватывает дыхание, когда она рассматривает инкрустированное бриллиантами колье.

Я вынимаю его из коробки, прикасаясь к прохладным драгоценным камням, наклоняюсь и застегиваю его у нее на шее, лаская пальцами кожу. Мои глаза перемещаются с ее губ на горло, и в животе просыпается желание. Пальцы скользят по драгоценностям, а затем ложатся на ее декольте, поднимаясь и опускаясь в такт ее тяжелому дыханию.

— Ты не скажешь и не сделаешь ничего, что могло бы вызвать подозрения. Каждой хорошей сучке нужен красивый ошейник.

Она резко отворачивается к окну, но я тянусь к ее подбородку и поворачиваю голову обратно:

— Ни при каких обстоятельствах ты не снимешь это ожерелье. Ты поняла?

— Поняла, – ее челюсть сжимается.

— Вот и отлично.

Я подаю сигнал водителю, что мы готовы выйти – дверь рядом со мной открывается. Выйдя из лимузина, я разворачиваюсь к Венди – ее пальцы щекочут мою ладонь, когда она вкладывает руку в мою. Я помогаю ей встать: в тот же момент вспышки от камер, выстроившись вдоль красной дорожки, начинают сверкать.

Обняв ее за талию, я притягиваю ее ближе к себе, наблюдая, как она меняется у меня на глазах. Ее лицо озаряется, лучезарная улыбка расцветает, а глаза теплеют, глядя в мои. У меня замирает сердце, а вслед за ним приходит отвращение, потому что в очередной раз мое тело поддается ее чарам и теряет контроль.

— Будь хорошей девочкой, и я позволю тебе спать в кровати, а не на каменном полу, – я наклоняюсь, вдыхая аромат ее волос.

Ладонью я чувствую ее напряжение, и, хотя она улыбается, ее глаза таят что-то холодное и темное.

— Веди, хозяин.