Онлайн книга «Кулинарная школа в Париже»
|
Теперь она сделала глубокий вдох и скрупулезно сфотографировала каждую страницу. Затем она скрепила все страницы вместе, вложила их в большой конверт, написала на них его имя и адрес и направилась в дорогу по вечерним улицам. * * * «Никто так не поднимает настроение, как собака», – подумала Кейт, когда Нина приветствовала ее с большой радостью и яростно виляющим хвостом. Ранее в тот день Арно написал ей сообщение и спросил, не хочет ли она прийти на импровизированный ужин на лодке: его друг-переплетчик из Нормандии гостил у своего брата-архитектора в Париже, и Арно подумал, что Кейт, возможно, будет интересно с ними познакомиться. Она тут же согласилась и появилась немного раньше, чем они договорились. Арно был с головой погружен в готовку, но, похоже, не имел ничего против того, чтобы она наблюдала за его работой, поскольку Кейт налила им обоим по бокалу вина и удобно устроилась на скамейке возле камбуза, будто в собственном доме. В этом маленьком уютном пространстве было так легко почувствовать себя как дома, вдыхая аппетитные запахи блюда, над которым колдовал Арно, и поглаживая кудряшки Нины, в то время как маленькая собачка сидела, положив голову на колени Кейт. Сам Арно, казалось, был очень рад, что она здесь, и вино, насыщенное темное бордо, тоже было превосходным. Так что, судя по всему, именно сочетание всех этих факторов внезапно заставило ее ощутить, что не будет ничего страшного, если она расскажет о том, что произошло с Джошем. Кейт поделилась не всем и не расписывала детали, но в тот момент ей показалось правильным поведать Арно эту историю. Он слушал в сосредоточенном молчании, продолжая возиться у плиты и время от времени останавливаясь, чтобы сделать глоток вина, и это тоже показалось ей правильным. Она не нуждалась в его комментариях, сочувствии или утешении, ей просто было нужно, чтобы ее выслушали. Все остальные, с кем она общалась, были слишком близко к эпицентру взрыва, произошедшему в ее браке: ее семья, друзья, коллеги, юристы. И теперь, разговаривая с этим человеком, почти незнакомцем, ставшим ее другом, она обнаружила, что может говорить честно, без горечи, но, разумеется, и не без боли. Он молча слушал, продолжая готовить, но когда она закончила, накрыл сковороду крышкой, взял свой бокал и подошел, чтобы сесть рядом с ней и Ниной. Арно быстрым, нежным движением накрыл ее ладонь своей и произнес: — Жизнь оставляет глубокие раны, не так ли? И когда Кейт кивнула со слезами на глазах, он начал рассказывать о том, что женился молодым, но брак пошел трещинами из-за напряжения и частых отлучек из-за армейской жизни. А когда он, наконец, ушел из армии, решив начать жить гражданской жизнью со своей женой и их маленьким сыном, он обнаружил, что для него почти нереально вписаться в этот мир. По его словам, с ним стало очень трудно, он пил слишком много, был полон гнева, и в конце концов его жена ушла, забрав с собой мальчика. — Я думал, что им будет лучше без меня, – вздохнул он, – так что даже не пытался их удержать. И я не пытался связаться с ними, прошли месяцы, потом почти год. А потом стало уже слишком поздно. Они уехали из Франции. Я узнал, что они перебрались в Канаду. На этом все. Я больше никогда их не видел и ничего о них не слышал. |