Книга В этот раз по-настоящему, страница 64 – Энн Лян

— В следующий раз мы пойдем куда-нибудь, где подают менее острую еду.

— В следующий раз, – повторяю я, с изумлением обнаружив, что мысль о «тренировках химии» больше не ужасает меня.

Обстановка в школе изменилась.

К лучшему. В каком-то смысле. Я обнаруживаю, что мысли о поездках в школу больше не вызывают приступа тошноты; мне не приходится неловко топтаться в дверях классов, как раньше. Не то чтобы я вдруг стала популярной – все обеды я по-прежнему съедаю в одиночестве на крыше, – но похоже, с моим присутствием наконец-то смирились.

Я не настолько наивна, чтобы не понимать: первая причина этому – «отношения» с Кэзом Сонгом. Но вторая причина – блог.

Число моих подписчиков быстро увеличивается, несколько тысяч прибавляется почти каждый день, а вместе с ними растет количество лайков и репостов. Это радует, и это же и пугает.

«Именно о такой любви я мечтаю», – оставили комментарий девушки под одним из моих недавних постов, «Танцевать под фонарями, целоваться под луной», где я вместе с вымышленным парнем в лице Кэза Сонга гуляю по нашему району в полночь.

«Вот доказательство тому, что любовь существует», – писали прочие, восхищаясь другим постом: как мы вместе катаемся по городу, и я вижу Пекин с заднего сиденья мотоцикла Кэза Сонга, – с подписью «Он обещал, что не даст мне упасть».

А в паузах между милыми фото и другой придуманной ерундой – или многозначительными отсылками на предстоящий сериал Кэза, чтоб подогреть интерес, – я оказываюсь в совершенно незаслуженной роли эксперта по делам отношений. «Важно быть честным с собой и своим партнером, – пишу я в одной статье, пробуя острую иронию собственных слов на вкус. – Не бойтесь уязвимости». Или в другой статье для рубрики «Любовь и отношения»: «Знаю, сейчас популярен образ мышления в духе “Я сильная, независимая, и мне никто не нужен”, но правда такова: нам нужны люди. Люди, которые будут смеяться и плакать вместе с нами, которые скрасят плохие дни, а хорошие сделают еще лучше; которые будут помнить то, что мы забываем, и слушать, даже когда они не все понимают. Люди, которым будем нужны мы. И это не признак силы и слабости, это признак человечности».

Естественно, Сара Диаз в полнейшем восторге от того, как идут дела.

— Людям нравится, – радостно делится она своими эмоциями во время нашего очередного созвона раз в две недели. – Они заинтересованы. Это большое дело, понимаешь? Твой последний пост о поездке за едой – это так мило, кстати, и от фотографий у меня текли слюнки – уже набрал сорок тысяч просмотров.

— Знаю, – говорю я и краснею, потому что звучу до смешного самоуверенно, хотя вовсе не собиралась. – В смысле… эм-м… Спасибо вам.

Она сглаживает мою неуклюжесть доброжелательным смехом.

— О, это напомнило мне кое о чем, Элиза… как насчет того, чтобы дать интервью?

— Ин… интервью?

— Да. Интервью. – Сара гораздо терпеливее со мной, чем я заслуживаю. – Ты, наверное, уже получила несколько подобных предложений, но конкретно этот материал стал бы эксклюзивом для «Крейнсвифт». Запрос от представителей довольно крупной пекинской медиакомпании, нацеленной на западную аудиторию, так что и местоположение, и язык не должны стать проблемой. И в своем письме они были очень милы. Их очень интересует твое прошлое, и они будут рады, если вы с Кэзом появитесь вместе.