Книга Никогда, никогда, страница 154 – Таррин Фишер, Колин Гувер

Он медленно кивает, не сводя с меня глаз.

— Шарлиз, это очень сексуально, когда ты ударяешься в философию и говоришь такие вещи. Так что если ты не хочешь сыграть еще один раунд игры «Сайлас говорит», то лучше кончай с этим глубокомыслием.

Я откладываю футболку и пристально смотрю на него. И думаю о сегодняшнем дне. Думаю о нашем поцелуе и о том, что я погрешила бы против истины, если бы сказала, что я не надеялась, что сегодня вечером он снова поцелует меня так же страстно. На этот раз, когда мы останемся одни и на нас не будет направлена дюжина взглядов. Я опускаю руку и вцепляюсь в ворс ковра. И чувствую, как горят мои щеки.

— А что, если я хочу сыграть еще один раунд игры «Сайлас говорит»? – спрашиваю я.

— Чарли… – начинает он, произнеся мое имя почти как предостережение.

— Что на этот счет скажет Сайлас?

Он встает с пола, и я тоже. Я смотрю, как он проводит ладонью по своей шее, и мое сердце колотится так, будто хочет вырваться из груди.

— Ты уверена, что хочешь поиграть? – спрашивает он, впившись в меня глазами.

Я киваю. Почему бы и нет? Судя по нашим письмам, это будет у нас не в первый раз. И, скорее всего, завтра мы вообще не будем это помнить.

— Вполне, – отвечаю я, стараясь говорить с куда большей уверенностью, чем испытываю на самом деле. – Это мое самое любимое занятие.

У него вдруг делается решительный вид. Это вызывает у меня дрожь.

— Сайлас говорит… сними блузку.

Я вскидываю брови, но делаю, что он говорит, и снимаю блузку через голову. Я слышу, как он резко втягивает воздух, но не могу посмотреть ему в глаза. Лямка моего бюстгальтера соскальзывает с плеча.

— Сайлас говорит… опусти вторую лямку.

Когда я делаю это, моя рука немного дрожит. Он медленно подходит ко мне, глядя на мою согнутую руку, все еще прижатую к груди. Затем встречается со мной взглядом, и уголки его губ чуть приподнимаются. Я вижу – ему кажется, что сейчас я положу конец этой игре.

— Сайлас говорит… расстегни застежку.

На моем бюстгальтере застежка находится спереди. Я расстегиваю ее, продолжая смотреть ему в глаза. Его кадык дергается, когда я снимаю бюстгальтер и держу его на кончике пальца. Из-за холодного воздуха и его взгляда мне хочется отвести глаза. Он провожает взглядом мой бюстгальтер, когда тот падает на пол. А когда снова встречается со мною взглядом, то улыбается. Я не знаю, как он это делает – как у него получается одновременно выглядеть таким счастливым и таким серьезным.

— Сайлас говорит… иди сюда.

Когда он смотрит на меня так, я не могу отвести взгляд. Я иду к нему, и, когда подхожу достаточно близко, он подносит руку к моему затылку и зарывается пальцами в мои волосы.

— Сайлас говорит…

— Заткнись, Сайлас, – перебиваю его я. – Просто поцелуй меня.

Он склоняет голову и завладевает моими губами в страстном поцелуе, от которого моя голова запрокидывается назад. Он прижимает свои губы к моим в нежном поцелуе раз, другой, третий прежде, чем раздвигает их языком. Наш поцелуй ритмичен, как будто в нашем распоряжении был не только сегодняшний день, чтобы разобраться, как это делается. От прикосновения его руки, сжимающей мои волосы, я ощущаю слабость в коленях. Я задыхаюсь и чувствую, что у меня остекленели глаза.

Доверяю ли я ему?

Я доверяю ему.

— Чарли говорит – сними рубашку, – говорю я, припав к его губам.