Книга Поэма о Шанъян. Том 3–4, страница 143 – Мэй Юйчжэ

Сун Хуайэнь взял платье и встряхнул его. Ткани были залиты кровью, но воздушный узор на роскошной ткани хорошо проглядывался, вместе с ним на ткани легкими штрихами было написано письмо и имя Цзыданя. Это было платье Ху Яо, а под ярко-красными полами была спрятана большая императорская печать. Секретный указ был записан на нижнем платье императрицы. В нем была дворцовая служанка – в нем она пересекла дворцовые ворота и сбежала. Она направилась на север и хотела добраться до Дунцзюня, чтобы просить о помощи у рода Ху.

Не считая стотысячного войска в Северном Синьцзяне под командованием Ху Гуанле, в Дунцзюне было еще тридцать тысяч из числа старой гвардии.

В нос ударил сильный запах крови.

Цзыдань тут же прикрыл рот рукой и отвернулся, задрожав всем телом. Он всегда ненавидел вид крови, но я никогда не видела его таким напуганным.

— Подданный перехватил бежавшую служанку и ее сообщницу в трех ли от почтовой станции у Бэйцяо. Обыскав императорскую повозку, подданный не нашел ничего подозрительного. Позже среди личных вещей служанки подданный нашел императорские вещи. Заместитель командующего Сюй преследовал повстанцев на восток. Схватив, он вернул их обратно.

Вэй Хань склонил голову, голос его был холоднее ледяного омута.

— Мы схватили семь повстанцев. Никто не сбежал.

— Кто-то остался в живых? – холодно спросил Сун Хуайэнь.

Выдержав паузу, Вэй Хань ответил:

— Трое убиты на месте, двое покончили жизнь самоубийством, двое под строгим наблюдением.

Сун Хуайэнь молча посмотрел на меня, практически сливаясь с тенями дворца. Взгляд его был подобен паре обнаженных клинков. От исходящего от него холода я едва могла вдохнуть.

Стиснув зубы, я отвернулась, не желая больше смотреть на Цзыданя.

— Где домоправитель дворца Цяньюань? – резко спросила я.

Тут же быстро вошел придворный евнух Ван Фу, упал на колени и ответил:

— Старый раб здесь!

— Возьмите печать. – Я бросила в его сторону указ. – Провозглашаю императорский указ – императрица Ху низложена до простолюдинки. Немедленно отправить ее в холодный дворец.

Из-за ширмы вышли два евнуха.

Раздутое лицо на сытом теле евнуха Ван Фу было необычайно подвижным. Широкими шагами он подошел к Цзыданю и чуть поклонился со словами:

— Ваше величество, простите старого слугу за оскорбление.

Появившиеся евнухи схватили Цзыданя под руки. Ван Фу шагнул вперед, забрал императорскую печать и с силой вжал ее в указ.

Цзыдань напрягся так сильно, что напоминал каменную скульптуру. Он смотрел на меня пристально, казалось, сейчас из его глаз потечет кровь.

Отвернувшись, я зажмурилась.

— Командир Вэй, бросьте в тюрьму семью Ху и избавьтесь от мятежников.

— Подданный повинуется приказу! – Стоя на колене, командир Вэй поклонился. Затем встал, развернулся и удалился, ступая во дворец Чжаоян вместе с евнухом Ван Фу.

Я медленно обернулась.

Цзыдань опустил голову и оцепенело уставился в пол – под его ногами лежала окровавленная одежда его супруги. Пристально глядя на одежды Ху Яо, он вдруг поджал ноги, развалился на троне, согнулся, и его вырвало. Плечи Цзыданя задрожали.

Я в ужасе смотрела на него, поджав плечи. Я больше не могла сдерживаться и бросилась к нему, чтобы поддержать. Как же его трясло!

— Немедленно позовите придворного лекаря! – закричала я, повернувшись к Сун Хуайэню.