Книга Потерянный для любви, страница 236 – Мэри Элизабет Брэддон

— И это была моя мать! –  недоуменно пробормотала Флора.

Тяжело было осознать все бесчестье, которое разом на нее свалилось: ее дед по материнской линии был каторжником, а бабушка оказалась особой, за родство с которой приходится краснеть. Единственная светлая часть этой истории касалась ее матери. Флору слегка утешала мысль, что она была нежной и преданной, бескорыстной и верной.

— Моя бедная мать! –  повторила она. –  Уехала одна в чужую страну, чтобы оставаться рядом со своим несчастным отцом?

— Да, она была с ним, когда он умирал, а затем покинула Землю Ван-Димена и нанялась гувернанткой в семью, которая переезжала с места на место, не имея постоянного пристанища, пока не осела в Хобарте. И через год-два ваш отец увидел ее, полюбил и недолго думая женился. Она писала мне, как счастлива, и очень часто посылала деньги, но умоляла никогда не сообщать ее мужу, что она дочь преступника. «Это не настроит его против меня, –  говорила она, –  он слишком предан мне, однако огорчит до глубины души. Его сердце может разорваться, если он узнает, что его дитя –  потомок каторжника». Поэтому я дала торжественное обещание не поддерживать связей ни с кем, кроме нее, и не вмешиваться в ее семейную жизнь, когда она вернется домой, в Англию. Кто же мог подумать, что ее так скоро не станет и я лишусь всей поддержки и утешения, которыми она для меня была! Но я сдержала свое обещание и никогда не приближалась ни к вам, ни к вашему отцу, не претендовала на ваше участие, хотя знала, что вы живете всего в паре кварталах от нас, купаясь в роскоши.

— Очень великодушно с вашей стороны, –  тихо сказала Флора. –  Я бы с радостью оказала вам любую посильную помощь и даже считала бы это своим долгом, если бы знала о ваших притязаниях. Я сделаю для вас все, что смогу.

— Нет-нет! –  с жаром воскликнула миссис Гернер. –  Не думайте так, умоляю! Я пришла сюда не в расчете на выгоду. У меня не было корыстных мыслей. Мой сын Джаред вполне способен удовлетворить мои скромные нужды в те несколько лет, что мне остались. Все благодаря мистеру Лейборну, который обеспечил ему солидный доход; и я верю в его намерение начать жизнь с чистого листа, а не растрачивать деньги на скачки, как раньше. Так что в последние несколько недель у нас наметился просвет, впервые за долгое время. Нет, дорогуша, я не собираюсь ничего просить, а пришла лишь для того, чтобы еще разочек взглянуть на твое милое личико, так похожее на лицо бедняжки Мэри. Я могла бы вообще промолчать о нашем родстве, если бы не ваш слуга –  такой важный и высокомерный! Он назвал меня нищенкой и чуть ли не захлопнул дверь у меня перед носом! Это было уже слишком для моих чувств, вот я все и выпалила, просто чтобы дать ему понять, что он говорит с леди, которая стоит повыше его.

— Очень рада, что вы рассказали мне правду, –  серьезно сказала Флора. –  Я была глупой гордячкой, когда считала себя лучше вашей внучки. Вполне справедливо, что я заслужила это унижение. Только не подумайте, что стыжусь моей дорогой матушки! Я чту ее память за ее преданность и любовь. Но… но… поймите, что мне несколько больно узнать, что мой дедушка оказался преступником.

— Зря я тебе рассказала! –  воскликнула миссис Гернер, мучимая совестью. –  Но ты заговорила со мной так враждебно, и я не смогла сдержаться –  учитывая, насколько я пожертвовала своими чувствами и интересами, чтобы сдержать обещание, данное твоей матери.